Бюрократическая элита это: мифы и реалии – Наука – Коммерсантъ

мифы и реалии – Наука – Коммерсантъ

текст Сергей Куликов кандидат исторических наук, Санкт-Петербургский институт истории РАН
иллюстрация Родион Китаев

Царская бюрократия начала XX в. для современного российского массового сознания до сих пор остается олицетворением господства дворян-помещиков, максимальной коррумпированности, полной некомпетентности и беспросветной реакционности. Но так ли это?

Бюрократическая элита кануна революции состояла из чиновников, занимавших высшие должности, т.е. должности первых четырех классов. Лидирующее положение занимали чиновники, составлявшие субэлиту, — представители трех отраслей высшей власти: законодательной (назначенные члены Государственного совета), исполнительной (министры, их товарищи, т.е. заместители, и директора департаментов) и судебной (сенаторы) — всего около 500 человек. Ключевая роль бюрократической элиты в политической системе Российской империи предопределялась и тем, что сам император Николай II был ее членом, выступая в роли высшего чиновника. «Император, — отмечал государствовед (и бывший директор департамента МИД) барон Б.Э. Нольде, — был высшим чиновником, дальше которого некуда было посылать бумаги на подпись и который с воспитанной традицией аккуратностью и точностью давал свою подпись и венчал, таким образом, бюрократическую иерархию». Доминирующей чертой личности Николая II была его страсть к работе с документами, т.е. бюрократической деятельности. По наблюдениям дворцового коменданта генерала В.Н. Воейкова, монарх ежедневно прочитывал «целую груду всеподданнейших докладов министров и главноуправляющих», испещрял эти доклады «своими пометками или резолюциями» и возвращал их «обыкновенно в тот же день».

Миф о господстве дворян-помещиков

По своему сословному происхождению большинство сановников формально принадлежали к потомственному дворянству. Недворяне составляли одну шестую членов Государственного совета, две пятых министров, треть товарищей министров и директоров департаментов, одну пятую сенаторов. Налицо как будто бы слабая вертикальная мобильность и циркуляция элит и, как следствие, не сильная демократизация бюрократической элиты. Но это только кажется. Дворянская прослойка бюрократической элиты отличалась неоднородностью: она включала в себя представителей, во-первых, старого дворянства, существовавшего до Петра I и делившегося на поместное, обеспеченное землей, и беспоместное, безземельное, и, во-вторых, нового дворянства, пополнявшегося выходцами из других сословий, выслуживших потомственное дворянство согласно петровской Табели о рангах. Фактически новые дворяне были не дворянами, а разночинцами-интеллигентами, чьи отцы, деды или прадеды получили потомственное дворянство за служебные заслуги — по чину или ордену, но происходили в том числе и из крестьян. Землевладельцы в бюрократической элите составляли меньшинство, за ними шли домо- и заводовладельцы. Среди землевладельцев доминировали мелко- и среднепоместные дворяне, между тем как владельцы крупных поместий были крайне немногочисленны.

Безземельных сановников представители поместного дворянства не считали своими, а потому безземельные дворяне выпадали из дворянского сословия и пополняли ряды интеллигенции. По своему социальному статусу новые дворяне и безземельные старые дворяне были ближе к недворянам, чем к обладавшим землей старым дворянам. Вместе эти три категории: недворяне, новые дворяне и безземельные старые дворяне, — составляли подавляющее большинство бюрократической элиты: 2/3 (65,5%) членов Государственного совета, 4/5 министров (80,9%) и товарищей министров и директоров департаментов (78,4%), 3/4 (76,6%) сенаторов.

«В литературе, — отмечал в своих воспоминаниях А.В. Ивановский, до 1917 г. крупный чиновник Министерства торговли и промышленности, а после советский ученый, — до настоящего времени часто встречаются указания, что в дореволюционной России, в последний период ее существования, высшие должности в министерствах были заняты представителями господствующих классов. Это совершенно неверно. » Поместное дворянство и крупная буржуазия, по наблюдениям Ивановского, «почти совершенно не были представлены на высших должностях в большинстве министерств… Если взять так называемую оппозиционную партию, как, например, «кадеты», то так называемых правящих классов в ней было гораздо больше, чем в любом из министерств. Если взять высшие должности, например, министров, то и в их составе правящих классов было мало. Из богатых семей почти не было ни одного министра… Чисто пролетарского происхождения были министры: Рухлов, Кривошеин (министр земледелия), товарищ министра внутренних дел Белецкий и многие другие. Вообще царское правительство второй половины правления Николая II представляло странное явление, в котором интересы богатых людей защищали люди, не имеющие и гроша в кармане, а сами богатые люди находились в оппозиции». То есть в Российской империи к 1917 г. степень вертикальной мобильности и циркуляции элит, а значит — и демократизированности бюрократической элиты была весьма высокой. П.Л. Барк писал А.Н. Яхонтову уже в эмиграции, что «ни одна страна не была столь демократична, как Россия», поскольку в ней «все карьеры были открыты талантам и энергии, начиная со Сперанского и кончая графом Витте и Кривошеиным». По наблюдениям Барка, «главное влияние в нашем правительстве имели самородки (селф-мед-мен) и им наша родина обязана особенно своим развитием и прогрессом». Барк указывал и на «абсолютное отсутствие влияния на ход дел нашей аристократии». Накануне Февральской революции бюрократическую элиту отличала не закрытость, а открытость, которая привела к социальной неоднородности правящей верхушки и ослаблению силы сопротивления бюрократической элиты натиску общественной контрэлиты.

Из воспоминаний последнего царского министра финансов П.Л. Барка

Миф о коррумпированности

На фоне нравов современного чиновничества это может показаться странным, однако только считанные единицы из числа высокопоставленных бюрократов начала XX в. имели недвижимость за границей, в частности — граф С. Ю. Витте, владевший виллой в Биаррице. Большинство сановников всех категорий недвижимой собственностью не обладали: основным источником их существования являлось жалованье. Как указывал один из сотрудников П.А. Столыпина, бывший товарищ министра внутренних дел В.И. Гурко, «средствами даже крупное чиновничество совсем не обладало и жило исключительно на получаемое жалованье». Отсутствие у сановников недвижимости слабо компенсировалось их участием в частнопредпринимательской деятельности, во-первых — из-за последовавшего еще в 1884 г., по инициативе Александра II, запрета совмещения высших должностей государственной и частной службы, а во вторых — по психологическим причинам. Представители бюрократической элиты разделяли мнение о предпринимательской деятельности как о чем-то второсортном и даже недостойном. В основе презрительного отношения к предпринимательству лежало мнение о неизбывной порочности денег и всего, что с ними связано, прививавшееся с самого детства, а потому влиявшее на стиль последующей жизни намного сильнее, чем навыки, приобретенные позже. Сын генерал-майора Свиты его величества граф П.А. Граббе вспоминал, что, хотя его родители и «не уставали» напоминать ему, «какую важную роль играют деньги», тем не менее они приучали ребенка к тому, что «нельзя на людях в открытую обсуждать, что сколько стоит». По наблюдениям П.А. Граббе, в его семье «вообще упоминать о деньгах считалось неприличным. Это дурной тон. Торговаться при покупке считалось вульгарным. Торговцы пользовались репутацией сомнительных людей; ведь всем известно, что у них одна единственная в жизни цель — делать деньги, цель едва ли достойная». Антимонетаристский этос высшей бюрократии роднил ее с интеллигенцией, для которой, как известно, также был характерен культ бессеребренничества.

Жалованье у представителей бюрократической элиты было большое, поэтому особых предпосылок для коррупции не возникало. Система российской государственности начала XX в., подчеркивал датско-русский ученый-аграрник К. А. Кофод, проживший в России полвека, «порождала, конечно, коррупцию, но эта коррупция почти никогда не выходила за пределы отдельных ведомств. И русские ни в коей мере не были коррумпированы больше других наций». Царские министры периода Первой мировой войны и кануна Февральской революции имели, пожалуй, самую плохую репутацию по части бескорыстия. Однако, как вспоминал член Президиума Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства А.Ф. Романов, революционному правительству «не удалось не только осудить деятелей прежней власти, но, несмотря на самое горячее желание и энергию, даже и обнаружить хотя бы намеки на те тяжкие преступления, которые приписывались ей так называемым общественным мнением». Чрезвычайная следственная комиссия была вынуждена прийти к выводу, что царские министры не совершали «тяжких уголовно наказуемых деяний».

Интеллигенция vs бюрократия

Миф о некомпетентности

Подавляющее большинство сановников были выпускниками вузов, среди которых лидировали университеты. Четверть от общего числа представителей высшей столичной бюрократии окончили Петербургский университет, причем более 1/6 — его юридический факультет. Как и в случае с недвижимостью, заграничное образование имели считанные единицы. К началу XX в. именно высшее образование, а не сословное происхождение, стало главной предпосылкой бюрократической карьеры, что обусловливало высокий уровень компетентности бюрократической элиты — даже по сравнению с остальными группами образованного общества. Характеризуя состав Государственного совета, его выбранный член, выдающийся социолог М.М. Ковалевский писал в 1914 г., что «бюрократические элементы» верхней палаты «по уму, талантливости, знанию и практическому опыту выигрывают от сравнения с общественными». Бывший директор Канцелярии министра земледелия И.И. Тхоржевский вспоминал в эмиграции: «Я хорошо знал раньше среду русской либеральной интеллигенции… Знал я и профессорский мир, и артистический… Но те круги высшей бюрократии, с которыми я соприкоснулся впервые, сразу показались мне самыми культурными, самыми дисциплинированными и наиболее европейскими из всего, что было тогда в России. При этом убеждении я остаюсь и теперь».

К 1917 г. бюрократическая элита обеспечивала политическое господство интеллигенции

Миф о реакционности

К 1917 г. сановники, имевшие ученые степени не ниже кандидата, составляли значительную долю бюрократического аппарата: 50 назначенных членов Государственного совета (36%), 9 министров (42,3%), 33 товарища министров и директоров департаментов (22,1%), 143 сенатора (45,7%). Внутри высшей бюрократии юристы преобладали над остальными гуманитариями, а гуманитарии над технократами, составлявшими, в отличие от общественной контрэлиты, ничтожное меньшинство. По сути дела, к 1917 г. в России сложилось то «правление философов», которое выставлял в качестве идеала еще Платон.

Вопреки марксистско-ленинскому стереотипу, до сих пор неосознанно тиражируемому в современном массовом сознании, к 1917 г. Россией правили не дворяне-помещики, а бюрократы-профессионалы, являвшиеся настоящими интеллигентами.

Взаимопроникновение бюрократической элиты и интеллигенции предопределялось обстоятельствами функционального порядка. Французский посол в России Ж.М. Палеолог в 1916 г. писал: «Никакому другому правительству не нужны в такой степени интеллигентность, честность, мудрость, дух порядка, предвидение, талант; дело в том, что вне царского строя, т.е. вне его административной олигархии, ничего нет: ни контролирующего механизма, ни автономных ячеек, ни прочно установленных партий, ни социальных группировок, никакой легальной или бытовой организации общественной воли».

Впрочем, бюрократическая элита была весьма специфической частью интеллигенции, частью, отличавшейся четким отождествлением общего блага и государственного интереса. В совмещении этих идеалов сановники, в отличие от остальных интеллигентов, не видели никакого противоречия. «Я, — вспоминал сенатор С.В. Завадский, — всегда думал, что работа чиновника, — если он честен, прилежен и не глуп, — не пустяки, а важное дело, существенно необходимое для России, при мало развитой самодеятельности ее общественных кругов».

Так почему же, если в начале XX в. с царской бюрократией все обстояло так хорошо, именно под ее руководством Российскую империю постигла Февральская революция?

Согласно законам социальной физики, любой государственный режим, независимо от степени его совершенства, с неизбежностью когда-нибудь умирает, хотя бы на момент кончины он и находился на пике своего развития и функционировал эффективнее, чем когда-либо.

Какая взаимосвязь существует между политической элитой и бюрократией?. Бюрократия. Теоретические концепции: учебное пособие

Какая взаимосвязь существует между политической элитой и бюрократией?

Необходимо выяснить соотношение политической элиты и слоя людей, профессионально занимающихся управленческой деятельностью, — бюрократии.

Некоторые ученые отождествляют эти понятия: бюрократия и выступает как политическая элита. При этом необходимо уточнить, что имеется в виду не вся иерархическая структура бюрократии, а лишь ее руководящая часть. Кроме того, следует отметить, что данное отождествление не будет вполне корректным потому, что в политическую элиту входят люди, которые не могут классифицироваться как чиновники, т. е. находящиеся на государственной службе.

Другие ученые исходят из того, что бюрократия — административный аппарат политической элиты. Но эти разногласия носят в большей мере терминологический характер, речь идет о более широком или менее широком понимании термина «бюрократия».

В делом можно согласиться с утверждением, что политическая воля элиты реализуется главным образом через бюрократический аппарат, постоянно занимающийся государственными делами. Политическая элита намечает главные цели и магистральные линии деятельности государства, а бюрократический аппарат их реализует. В любом случае интересы чиновников государственных и частных учреждений не могут быть выше интересов правящей социальной общности и ее политической элиты, ибо эти интересы олицетворяют цели производства и прибыли и имеют для общества более могущественное значение, чем те, которые представляют профессиональные ценности бюрократии.


Исторически политическая элита бюрократического типа пришла на смену элите аристократического типа. Власть волюнтаристская, основанная на прихоти, чувствах, предубеждениях ее носителей, и потому власть непредсказуемая сменилась властью экспертов, основанной на бесстрастных формальных правилах и процедурах, подкрепленных жесткой дисциплиной.

Начиная с М. Вебера теоретики и исследователи бюрократии и политической элиты считают процесс бюрократизации политической элиты проявлением более широкого процесса рационализации, присущей капиталистическому обществу — это движение от традиционного общества, где власть передается по наследству (отсюда «элита крови») в руки людей, обладающих знанием (к «элите знания»).

Сформулированные М. Вебером основные принципы бюрократической организации и дихотомия «политика-управление» стали теми методологическими посылками, которые обеспечили бюрократии особую нишу в социально-политическом знании. Благодаря этим посылкам бюрократию можно вычленить из политической элиты, превратив тем самым в самостоятельный объект исследования.







Данный текст является ознакомительным фрагментом.




Продолжение на ЛитРес








Бюрократия как элита | Рефераты KM.RU

 Ашин Г.К.

Практически все элитологи согласны с тем, что элита управляет делами общества. Тогда, естественно, необходимо выяснить соотношение элиты и слоя людей, профессионально занимающихся управленческой деятельностью, – бюрократии (собственно, низшее и среднее звено бюрократии вряд ли можно отнести к элите; тогда естественно предположить, что элита – это высшее звено бюрократии). И не будут ли теории бюрократии эвристическими при анализе элиты? И не случайно, что концепция бюрократии знаменитого немецкого социолога и политолога Макса Вебера рассматривается как важный вклад в элитологию, как одно из важнейших обоснований элитаризма. Именно Вебер заложил основы наиболее распространенной и влиятельной в современной социологии теории бюрократии, интерпретации места и роли бюрократии в обществе. Характерно, что многие социологи делят взгляды на бюрократию на две части: довеберовские, характерные и поныне для обыденного сознания (бюрократ — тот, кто затягивает решение вопросов или теряет нужный документ) и веберовские, или научные (в идеальной модели бюрократии, в идеальном типе, по терминологии Вебера, не теряется ни один документ, это – оптимальное прохождение документов, а главное, это оптимальная система разделения труда в сфере управления). По Веберу, бюрократическая элита пришла на смену аристократической. Власть волюнтаристская, основанная на прихоти, чувствах, предубеждениях ее носителей и потому власть непредсказуемая сменяется правлением экспертов, принимающих оптимальные решения, действия которых предсказуемы, сменяются властью, основанной на бесстрастных формальных правилах и процедурах, подкреплены жесткой дисциплиной, иными словами, иррациональная администрация сменяется рациональной. Ее особенности следующие. Во-первых, власть смещается от личной к имперсональной. Во-вторых, власть бюрократов – частично следствие их монопольного положения, частично их способности сохранять свои профессиональные знания как официальные секреты. В-третьих, бюрократия приобретает значительно большую степень живучести, и поэтому идея ликвидации этих организаций становится все более утопичной. В бюрократической системе чиновники лично свободны и подчиняются только деловому служебному долгу; имеют устойчивую служебную иерархию; имеют твердо определенную служебную компетенцию; работают в силу контракта, следовательно, на основе свободного выбора; в соответствии со специальной классификацией; вознаграждаются постоянными денежными окладами; рассматривают свою службу как главную профессию; делают свою карьеру в соответствии со старшинством по службе или в соответствии со способностями; не могут присвоить себе свои служебные места; подчиняются строгой единой служебной дисциплине[183]. Эта концепция Вебера связана с его типологией оснований легитимности политического господства. Первый тип: традиционное господство, как его осуществляли патриарх или патримониальный князь старого типа, авторитет «вечно вчерашнего», авторитет нравов, освященных исконной значимостью и привычной ориентацией на их соблюдение. Второй тип: харизматическое господство, авторитет внеобыденного личного дара, полная личная преданность и личное доверие, вызываемое наличием качеств вождя у какого-то человека. Третьим типом господства является рационально-легальное (оно же бюрократическое), господство в силу «легальности», в силу обязательности легального установления и деловой «компетентности», обоснованной рационально созданными правилами, то есть ориентации на подчинение при выполнении установленных правил – господство в том виде, в каком его осуществляет современный «государственный служащий»[184]. Если первая модель преобладала в прошлом, в традиционном обществе, то вторая в современном, «рационально-легальном». Бюрократическое управление максимально имперсонально, максимально свободно от субъективизма. И бюрократическая элита предпочтительна по сравнению с традиционной аристократической элитой, а также харизматической элитой, возникающей вокруг харизматического лидера, обычно в периоды революций, коренной ломки социальных отношений. Вебер отводит решающую роль в бюрократии профессионалам, техническим специалистам, опирается на научные методы управления, считая, что бюрократическое управление оказывается наиболее эффективным, максимально лишенным субъективизма, подкрепленным единообразием правил и инструкций, которыми руководствуются чиновники независимо от своих личных симпатий, они выступают как функция системы. Начиная с Вебера, теоретики и исследователи бюрократии Р. Мертон, Бендикс, С. Липсет и др. считают процесс бюрократизации проявлением более широкого процесса рационализации, имманентно присущей современному обществу; это движение от традиционного общества, где власть передается по наследству (отсюда «элита крови») в руки людей, обладающих знанием (к «элите знания»). Как видим, Вебер позитивно интерпретирует феномен бюрократии, что, вообще говоря, достаточно необычно не только для предшественников Вебера, но и для современных социологов и особенно для самих субъектов бюрократического управления. «Термины бюрократ, бюрократический и бюрократия это, конечно, бранные слова, не без оснований пишет известный социолог Людвиг фон Мизес. Никто не называет себя бюрократом или свои методы бюрократическими. Эти слова всегда употребляются в оскорбительном смысле. Они всегда подразумевают уничтожительную критику людей, институтов или процедур. Никто не сомневается в том, что бюрократия глубоко порочна и что она не должна существовать в совершенном мире[185]. А кто только не критиковал и не критикует бюрократию! И громче всех сами бюрократы, желающие иметь своеобразное алиби. Критика бюрократии раздается и слева, и справа. Острую критику бюрократии мы находим у Маркса, причем особенно у молодого Маркса (что имеет свое объяснение: когда Маркс стал писать о государстве диктатуры пролетариата, М. Бакунин не без оснований упрекал его в том, что это будет государством, руководимым пролетарскими чиновниками, новым видом бюрократии, новым привилегированным меньшинством[186]). Как известно, Маркс исходил из понимания бюрократии как власти, отчужденной от народа, выражающей интересы эксплуататорских классов. Он связывал ее с потерей организацией содержательных задач своей деятельности, с главенством формы над содержанием (бюрократия «выдает формальное за содержание, а содержание за нечто формальное»[187]). Бюрократия есть «государственный формализм». «Бюрократия считает самоё себя конечной целью государства… Бюрократия есть круг, из которого никто не может выскочить. Ее иерархия есть иерархия знания. Верхи полагаются на низы во всем, что касается знания частностей; низшие же круги доверяют верхам во всем, что касается понимания всеобщего, и, таким образом, они взаимно вводят друг друга в заблуждение». Для бюрократа характерен взгляд, «будто начальство все лучше знает»[188]. Бюрократия, по существу, владеет государством, «это есть ее частная собственность. Всеобщий дух бюрократии есть тайна, таинство. Соблюдение этого таинства обеспечивается в ее собственной среде ее иерархической организацией, а по отношению к внешнему миру — ее замкнутым корпоративным характером»[189]. Следуя мыслям Маркса, Ленин писал: «Тот особый слой, в руках которого находится власть в современном обществе, это – бюрократия. Непосредственная и теснейшая связь этого органа с господствующим в современном обществе классом буржуазии явствует… из самих условий образования и комплектования этого класса» . И еще: «Бюрократическая система в конечном счете ведет к возникновению привилегированного слоя, оторванного от масс и стоящего над ними»[190]. Что ж, в этих словах много правды, даже больше, чем вкладывал в них сам вождь революции, ибо «социалистическая» бюрократия и привела к возникновению нового эксплуататорского слоя, новой элиты. Известно, что марксизм ставит задачей слом бюрократической государственной машины, переход к общественному самоуправлению. Правда, подавляющее большинство политологов считает, что сложное современное общество, обходящееся без бюрократического аппарата, основанное на непосредственном самоуправлении народа, – не более чем социальная утопия (причем подтверждением этой точки зрения оказывается и тоталитарная власть бюрократической элиты «реального социализма»). Л. фон Мизес пишет, что социалисты, «прогрессисты» в своей критике бюрократии присоединяются к тем, кого с презрением называют «реакционерами», утверждая, что бюрократические методы «не составляют существа той утопии, к которой они сами стремятся. Бюрократия, говорят они, это, скорее, неудачный способ, каким капиталистическая система пытается справиться с неумолимой тенденцией к своему собственному исчезновению. Неизбежный конечный триумф социализма упразднит не только капитализм, но и бюрократию. В счастливом мире завтрашнего дня, в благословленном раю всестороннего планирования больше не будет никаких бюрократов»[191]. Увы, практика «реального социализма» мало соответствовала этому нормативу…

Конечно, концепция бюрократии Вебера уязвима для критики. Для Вебера бюрократия – наиболее рациональная организация управления. Но это предельная рациональность в средствах, которые обесцениваются и превращаются в свою противоположность – иррациональность целей. Это блестяще показывает Ф. Кафка в «Процессе». Чиновник рационально ведет дела в своей узкой области, но не понимает общей цели системы, которая оказывается иррациональной. Бюрократическое управление, которое Вебер считает рациональным, оказывается комбинацией частичной рациональности и глобальной иррациональности. Тем не менее, Вебер трактует бюрократию позитивно, как имперсональное управление, основанное на компетентности, в отличие от управленческой деятельности в традиционном обществе, которое носит персональный характер, соответствующий личностному характеру власти в этом обществе, а управленческие решения субъективны. Поэтому элита бюрократии (собственно, Вебер избегал пользоваться термином «элита», зато им широко пользуются продолжатели его социологической традиции С. Липсет, Р. Мертон. Ф. Селзник и др.) является оптимальным управленческим слоем. Рациональность, эффективность, строгая регламентация, разделение управленческого труда, безличность рассматриваются как идеал организационной деятельности. Это «идеальный тип» бюрократии… Вебер подчеркивал, что это – господство закона, а не людей, что бюрократическая администрация означает осуществление контроля на основе знания, что делает ее специфически рациональной. Продолжим рассмотрение аргументов против модели «идеальной бюрократии» Вебера. Еще Т. Парсонс, автор предисловия к американскому изданию трудов Вебера, указал на некоторые его слабости. Так, правление, основанное на компетенции и правление, основанное на дисциплине, не всегда совпадают, вступают в конфликт друг с другом. Можно было бы сформулировать этот тезис гораздо более остро. В идеальной модели бюрократии Вебера карьера чиновника напрямую связана с его компетентностью; предполагается, что вышестоящий чиновник более компетентен, чем нижестоящий. Но реальность разительно противоречит этой идеальной модели. В частности, российский опыт свидетельствует о том, что норматив Вебера действует «с точностью до наоборот». Сплошь и рядом вышестоящий бюрократ отнюдь не компетентнее нижестоящего, но командует последним ex officio. Тут работает известная формула: «Ты начальник — я дурак, я начальник — ты дурак». Если, по Веберу, бюрократия — воплощенная рациональность, то рационально ли слепое повиновение приказам вышестоящего начальника? В модели Вебера чувствуется наследие традиций прусской абсолютистской бюрократии. Сошлемся еще на два возражения по поводу рациональности и эффективности бюрократии, которые хотя и сделаны в полушутливом гротескном жанре, отнюдь не становятся от этого менее весомыми. И, прежде всего, на «закон Паркинсона» (закон самовозрастания бюрократии). Как показал Н. Паркинсон, бюрократия разрастается, как раковая опухоль, независимо от объекта управления, причем эффективность этого управления непрерывно снижается. Остроумное объяснение неэффективности бюрократии дает и «принцип Питера». Если начинающий бюрократ успешно справляется со своей работой, доказывая свою компетентность, его ждет награда – повышение в должности. Если он вновь доказывает свою компетентность, справляясь с должностными обязанностями, он вновь получает повышение и т.д. Но вот он доходит до ступени, где он не может добиться успехов, и тогда он не получает повышения, застревая на этой должности. И тогда может получиться, что все бюрократические должности заняты людьми, достигшими своего «уровня некомпетентности». Что ж, в этой шутке большая доля правды. Модель Вебера далека от ее эмпирической верификации. Впрочем, Вебер отчетливо понимал это. Он прямо отмечал, что его идеальный тип – не результат эмпирического обобщения материала, но именно идеальное конструирование модели, которая может быть эвристической при построении теории, объясняющей социальный процесс. В модели Вебера элита бюрократии – элита компетентности. Увы, слишком часто она оказывается «элитой» некомпетентности. Прислушаемся еще к одному возражению, высказанному М. Мейером, У. Стивенсоном, С. Уэбстером в книге «Пределы бюрократического роста»: бюрократия, как правило, генерирует «суббюрократию», над которой первая (элита бюрократии) теряет контроль; последние становятся как бы «антителами» в первоначальной бюрократической системе[192]. Существенно и замечание известного американо-израильского социолога А. Этциони о роли бюрократии в бизнесе, о том, что в современном капиталистическом обществе получение прибыли выше компетентности и «логики администрации». Интересы бюрократов государственных и частных учреждений не могут быть выше интересов класса капиталистов, «элиты, олицетворяющие цели производства и прибыли, должны быть более могущественны, чем те, которые представляют профессиональные ценности. Эффективной элитарной иерархией является такая, при которой структура элит и иерархия целей гармонично дополняют друг друга»[193]. Особый интерес представляет для нас вопрос о соотношении элиты и бюрократии. Некоторые политологи отождествляют эти понятия: бюрократия и выступает как элита. Но в этом случае необходимо было бы уточнить, что имеется в виду не вся иерархия бюрократии, а лишь ее верхушка. Кроме того, следует отметить, что данное отождествление не вполне корректно и потому, что в элите, в том числе политической элите, есть и такие члены, которые не могут классифицироваться как бюрократы. Другие политологи исходят из того, что бюрократия – административный аппарат элиты. Но эти разногласия носят в большой мере терминологический характер, речь идет о более широком (в первом случае) или менее широком понимании бюрократии. Интересна в этом плане трактовка бюрократии в СССР. Некоторые советологи считали, что элита это верхушка бюрократической номенклатуры СССР, другие (в том числе М. Восленский) – что элита социальный слой, из которого черпается номенклатура. Опять-таки разногласия носят больше терминологический характер. Представляется достаточно взвешенной следующая формулировка: «Политическая воля элит реализуется главным образом через бюрократический аппарат, постоянно занимающийся государственными делами. Элита намечает главные цели и магистральные линии деятельности государства, а бюрократический аппарат их реализует (последний может саботировать выполнение их). Сильная бюрократия может навязать свою волю, частично превращаясь в политическую элиту»[194].

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://politics.ellib.org.ua

Дата добавления: 13.09.2013

Соотношение политического руководства и государственного управления как проблема взаимоотношений политической элиты и бюрократии Текст научной статьи по специальности «Политологические науки»

Интеллектуальная, культурная элита должна формироваться как таковая, а не рассматриваться как побочный продукт фундаментальных перемен в обществе. И тогда она будет способна обеспечить культурный потенциал связи между различными группами общества, между страной и внешним миром.

Ю. Б. Димитрова

СООТНОШЕНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОГО РУКОВОДСТВА И ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ КАК ПРОБЛЕМА ВЗАИМООТНОШЕНИЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭЛИТЫ И БЮРОКРАТИИ1

Политическую элиту общества можно рассматривать как особую социальную группу, являющуюся субъектом политического руководства в обществе. Именно в ее руках концентрируется наибольшая часть властных ресурсов и именно в ее среде разворачивается процесс принятия наиболее важных политических решений. Другие элитные группы и массовые движения также влияют на разработку и принятие различных политических решений, однако это влияние всегда играет меньшую роль, чем деятельность такого, сравнительно небольшого в численном плане «организованного меньшинства», как политическая элита.

Руководящей роли политической элиты необходима также и особая социальная группа, которая занималась бы реализацией намеченной политики. Поэтому групповая субъектность государственно-административного управления очерчивается в понятии «аппарат государственного управления», или бюрократия. Исходя из этого, проблема сбалансирования политического руководства и государственного управления может быть рассмотрена как проблема взаимоотношений между этими специфическими группами.

Характер данных межгрупповых взаимоотношений далеко не всегда складывается гармонично и способствует общегосу-

1 Статья подготовлена в рамках гранта РГНФ № 06-03-00563а.

дарственному благу. Подобные проблемы также часто причиняют вред и корпоративным интересам самой политической элиты. Утрата контроля над бюрократией может привести к ослаблению властных позиций сложившейся в обществе политической элиты или даже стать причиной ее исчезновения с исторической арены. Проблемы во взаимоотношениях с политической элитой нередко мешают и благополучию самих государственных служащих. Различного вида моменты дестабилизации отношений между политиками и чиновниками имеют также негативные следствия влияния на широкие круги населения, на благополучие всего народа.

Взаимоотношения политической и административной власти характеризуются крепким, сохраняющим свой традиционный характер клиентелизмом и существованием небезопасной для демократического развития тенденции политизации государственной службы и «функционализации политики»1.

Все это указывает на особую актуальность научного анализа взаимоотношений политической элиты и бюрократии. При этом следует сразу же отметить и существование достаточно широкой научной традиции изучения очерченных проблем как независимо одна от другой, так и осмысление их взаимосвязей. Однако, несмотря на это, практика государственного строительства, к примеру, Украины, других государств свидетельствует о том, что научные проработки в сфере изучения взаимоотношения между политической элитой и бюрократией все еще отстают от уровня общественных потребностей. На сегодняшний день весьма актуальным является продвижение научных исследований на такой уровень, который дал бы возможность разрабатывать научно обоснованные рекомендации, касающиеся оптимизации отношений политических и административных систем государственного аппарата.

Осмысление феноменов политической элиты и бюрократии настолько же давние, как и сами общественные явления. Однако

1 Коровина С. Л. Политико-административные системы исполнительной власти: модели функционирования, тенденции развития (компаративистский анализ): Автореф. дис. … канд. полит. наук. М.: Изд-во РАГС, 2000. С. 15.

такое осмысление и в обыденном сознании, и в научной мысли носило фрагментарный и несистематический характер. Впервые политическая элита и бюрократия как специальные предметы научного изучения стали привлекать к себе внимание только в

XIX столетии. Так, бюрократия начала выступать в качестве предмета специального научного изучения, начиная с работ М. Вебера, а в последние десятилетия в определенной мере стала даже популярною тематикою.

М. Вебер объяснял появление бюрократии как следствие развития общества от феодального до капиталистического, когда на смену патриархальной средневековой администрации приходит организация бюрократического типа. Такой организации (по М. Веберу) присущи следующие основные характеристики: детальная нормативная регламентация деятельности, документальная фиксация и сохранение информации и решений, жесткая иерархичность и субординация в организационных отношениях, набор кадров по принципу компетентности.

Похожие идеи развивал и В. Вильсон. Схожесть их концепций говорит о том, что проблема осмысления феномена бюрократии поставлена на повестку дня самою логикою развития общества, а появление этих теорий было откликом на одно и то же требование времени. При этом характерною особенностью веберовских и вильсоновских взглядов был акцент, прежде всего, на позитивных, конструктивных аспектах явлений бюрократии.

Однако объективная многогранность и неоднозначность феномена бюрократии надолго заставила ждать и появление концепций, которые бы оттенили и негативные аспекты этого явления. Такое критическое осмысление бюрократии впервые в последовательной и яркой форме появилось у К. Маркса и было подхвачено его различными последователями. В научном осмыслении бюрократии начали освещаться такие ее недостатки, как равнодушие, надмерный формализм, бумаготворчество. И если в трактовке М. Вебера бюрократия была образцом наиболее эффективной организации, то во многих других научных разработках она начала выступать образцом наиболее неэффективного типа организации.

ХХ столетие можно, безусловно, назвать веком расцвета бюрократических организаций. Связано это, прежде всего, с усилением позиций государства в обществе, расширением его функций, что способствовало разбуханию бюрократических аппаратов и государственного сектора практически во всех развитых государствах мира. Более того, в середине XX столетия были поставлены своего рода грандиозные исторические эксперименты в государствах тоталитарного типа относительно доведения до крайней меры бюрократизации общественной жизни.

В демократических государствах также прослеживалась тенденция к национализации промышленности, усиления государственного регулирования экономики, расширения сферы социальной защиты.

Известно, что элиты представляют собою объективно существующий и необходимый элемент общественной жизни как на уровне всего общества в целом, так и на уровне отдельных достаточно больших социальных групп. Появление и развитие любой общности закономерно приводит к выделению элитного ядра этой общности, которое начинает объединять в себе наиболее продуктивных индивидов, по диапазону наиболее важных для данной общности функций.

Однако среди широкого диапазона таких функций есть доминирующая, которая присуща любой общности, где есть функция управления деятельностью этой социальной группы.

На уровне общества в целом, государства такую роль выполняет группа, которую называют элитой политической. Вместе с нею в обществе существуют и другие разновидности тесно связанных с нею элит.

В мировой истории есть немало доказательств того, что эффективность государств зависит не столько от их географического положения и их ресурсов, сколько от качественных характеристик правящей элиты. В строгом понимании в обществе может быть только одна разновидность кризиса — кризиса управленческого. Все остальные кризисы (финансовые, энергетические, экономические) являются производными от него.

Подчеркивая фактор организованности элиты, следует отметить, что она может (если это не каста) и не быть всецелым организационным монолитом. Среди правящей властной элиты можно выделить несколько подгрупп, каждая из которых в современном государстве имеет свои особенности. Это не официально оформленная общность, ее не следует рассматривать как клуб с постоянным членством и фиксированным составом. Элита — это признанная социальная прослойка, представители которой хорошо знают и понимают друг друга. Всем этим представителям присущ высокий социальный статус и соответствующие полномочия, что обеспечивает им реальную возможность существенно влиять на большинство властных институтов, общественных организаций, политических партий и движений, экономическую жизнь и распределение благ в обществе. По мнению известного украинского политолога Д. Выдрина: «Элита — это люди, которые при тех или иных условиях получили доступ к формированию, планированию и распределению (распределению особенно) национальных финансов»1.

Монолитность элиты нарушает и существование внутренних группировок с определенными признаками конкуренции. Однако пока внутренняя конкуренция значительно уступает тенденции к консолидации, элита способна сохранять свои позиции в обществе. В том же случае, когда конкуренция в среде элиты проявляется достаточно сильно, элита может утратить власть или расколоться. Однако сам факт существования элиты свидетельствует о том, что единство внутри нее пока что превышает разброд. Круг таких людей невозможно очертить абсолютно четко. О. Гаман-Голутвина подчеркивает, что необходимо иметь в виду, что элита не является арифметической сумой лиц, так или иначе влияющих на выработку наиболее важных решений2. Для формирования элиты необходимо время и уси-

1 Выдрин Д. Политика: история, технология, экзистенция. Киев: Лыбидь, 2001. С. 331-333.

2 Гаман-Голутвина О. В. Определение основных понятий элитологии // Полис. 2000. № 3. С. 99.

лия. Однако внутренняя общность политической элиты может сделать ее закрытою и оторвать от масс, а также иных элит.

Большая проблема в истории формирования украинского государства заключается в том, что украинский народ, несмотря на свою жизнестойкость, так и не смог сгенерировать из своих недр такой же жизнестойкой и сильной политической элиты. В то же время есть политические элиты, которые существуют достаточно долго и стабильно. Правящие элиты в Америке, как подчеркивают Т. Дай и Л. Зиглер, не главенствуют, они ищут соглашений с другими элитами. Процесс принятия решения правящими элитами — это процесс соглашений, уступок и компромиссов относительно решения наиболее важных вопросов внутренней жизни американского общества. Как правило, правящие элиты маневрируют, ищут такую политическую линию, которая служила бы общим интересам всех основных заинтересованных групп — промышленных, финансовых, трудовых, сельскохозяйственных, военных, а также административных1.

Политическая воля элит не является однородным образованием — она слагается из политических лидеров и политических исполнителей. Политическая воля элит, ее идеи и решения реализуются главным образом через бюрократический аппарат, который постоянно занимается государственными делами. Элита определяет основные цели и магистральные линии деятельности государства, а бюрократический аппарат их реализовывает. Однако эффективное взаимодействие элиты и чиновников не возникает само по себе. Бюрократия достаточно легко склонна выходить из-под политического контроля элиты и работать на собственные интересы, а не на руководящую элиту, не говоря уже о народных массах и других слоях населения. В истории уже бывало не раз, когда бюрократия саботировала исполнение решений политической элиты. Более того, бюрократия может навязывать свою волю, частично перевоплощаясь в политическую элиту. Как подчеркивает Ю. Коргунюк: «Доминирование пред-ствителей бюрократии в политической элите постсоветской Рос-

1 Дай Т. Р., Зиглер Л. Х. Демократия для элиты. Введение в американскую политику. М.: Юридическая литература, 1984. С. 187.

сии было обусловлено как развитостью этого класса и наличием в нем большого «стартового капитала», так и незрелостью гражданського общества»1.

Следует подчеркнуть, что тенденция к увеличению численности и усилению влияния бюрократии характерна для всех государств. Это проявляется в том, что бюрократия начинает играть важную роль при выдвижении законодательных предложений. Политики законодательной ветви власти все больше используют в процессе подготовки законопроектов чиновников, которые владеют важной информацией, аналитиков и экспертов для обработки этой информации с целью написания различного рода политических документов и рекомендаций. Причем, если еще в начале столетия в аппарате политиков преобладали клерки, технические работники, то теперь это высококвалифицированные специалисты, влияние которых на политику значительно большее, чем простых клерков.

То есть законодательный процесс все больше становится зависимым от людей, которых избиратели не уполномочивали исполнять законодательные решения. Это своего рода один из парадоксов современной демократии. Однако еще большее влияние чиновничества в контексте исполнительной ветви власти, когда бюрократия принимает ключевые решения в сфере реализации государственной политики.

Таким образом, во взаимоотношениях политической элиты и бюрократии можно проследить две постоянные тенденции:

— стремление элиты усилить контроль над бюрократией, сделать ее более управляемой и эффективной в плане реализации стратегии элиты;

— стремление бюрократии выйти из-под контроля политической элиты, работать на собственные интересы, а также стремление как бы «приватизировать» государство, даже контролировать саму политическую элиту, которая находится во главе государства.

1 Корниенко В. И. Формирование управленческих команд нового поколения. М.: Изд-во РАГС, 2000. С. 24.

И такие намерения политической элиты и государственного апарата существуют столько, сколько существуют они сами и ведутся с переменным успехом, когда верх берет то одна, то другая сторона. Яркий пример тому — последние десятилетия развития государственности на постсоветском пространстве.

В советский период уровень контроля политической элитой со стороны высших руководящих органов КПСС над советской бюрократией был очень высоким. Когда руководящая и направляющая роль партии утратила свою монолитность, а ее кадровые обломки переформировалися в различного рода конкурирующие между собою партии, блоки и бизнесово-политические кланы, бюрократия свою монолитность не потеряла и, воспользовавшись росколом, разбродом и трансформациями неоднородной политической элиты, укрепила свое положение и углубила «приватизацию» государства. Постепенно в политической элите начинает вызревать группа, которая стремится усилить свой контроль над аппаратом и государственных служащих.

Во всех странах и во все времена стремление политической элиты взять под свой контроль бюрократию, которая стремилась выскользнуть из-под такого контроля, осуществлялось с помощью достаточно типичных способов. Один из них — это назначение на как можно большее количество должностей политически преданных, лояльных лиц, даже за счет снижения уровня профессионализма. И такие приемы используются политическими элитами как наиболее тоталитарных режимов типа СССР, так и в наиболее демократичных типа США. Так, в администрации Дж. Картера количество политических назначений составило 3000 чиновников, а в администрации Р. Рейгана — 10 % от всего штатного состава высших государственных служащих. А сталинские чистки в принципе не нуждаются в дополнительных комментариях. Однако это все разные формы одного и того же принципа контроля политиками недостаточно послушных государственных служащих. Нетрудно заметить, что достаточно постоянною есть также борьба относительно регулирования численности бюрократического аппарата. Бюрократии, как хорошо известно, присуща ярко выраженная тенденция к увеличе-

нию своей численности. Эта особенность детально анализируется в работах С. Паркинсона и обобщена в законе, который носит имя этого исследователя. Однако практика СССР и других государств, например Великобритании, а также практика современного украинского государства показали всю сложность проблемы сокращения кадров. Лишь в редких случаях такие попытки увенчиваются успехом, а нередко бывает и так, что после сокращений бюрократический аппарат еще больше разрастается.

Еще одним постоянным направлением усилий политической элиты является желание усилить эффективность деятельности государственной службы. Однако даже «железной леди» Маргарет Тэтчер так и не удалось надлежащим образом привить британским служащим рыночную ментальность, хотя определенных изменений в системе британской государственной службы она достигла.

Опыт неудач в организации эффективного взаимодействия политической элиты и бюрократии подталкивает немало исследователей к достаточно пессимистичным выводам. Так, например, Т. Дай и Р. Зиглер подчеркивают, что бюрократия в действительности никому не подотчетна. Президент, конгресс и суды могут только в общих чертах ограничивать ее власть. И, естественно, у народа нет возможности изменять решения бюрократии. Бюрократы контролируют информацию и технику, они практически неизменно пребывают на своих должностях больше, чем их политические руководители. Естественно, что иногда бюрократы относятся с презрением к своим руководителям, так как они не владеют информацией, техническими знаниями и опытом, какие есть у чиновничества1.

Таким образом, мы имеем дело с проявлением своего рода железного закона олигархических тенденций: любая общность в процессе своего развития порождает из своей среды руководящую элиту, которая должна выражать интересы своей общности, однако с течением времени такая элита все больше начина-

1 Дмитренко Г., Гошко А. Повішение єффективности государственной службі в Украине // Вестник государственной службі Украины. 2000. № 3. С. 77-84. С. 217.

2. Определение политической элиты. Элита и бюрократия.

Всякое
общество по своей внутренней структуре
делится на классы, социальные слои,
группы и т.д., на тех немногих, кто правит,
и тех многих, кем правят.
Те, кто правит,
называются политической «элитой»
(истеблишментом). Понятие
«элита»
ныне прочно утвердилось не только в
политической литературе, но и в реальной
жизни.
Термин «элита» происходит
от французского слова elite – что означает
лучший, отборный, избранный, «избранные
люди». В политологии элитой именуются
лица, которые получили наивысший индекс
в области их деятельности. Политическая
элита – это социальная группа, обладающая
определенным уровнем политического
влияния и являющаяся основным источником
руководящих кадров для институтов
власти того или иного государства.
Равнозначные
понятия понятию «элита» – «правящая
верхушка», «правящий слой»,
«правящие круги». Очевидно, что в
человеческом обществе существуют
естественные и социальные различия
между людьми, что обуславливает их
неодинаковые способности к управлению
и влияние на политические и общественные
процессы. Это дает основание ставить
вопрос о политической элите как носителе
политико-управленческих качеств.
Политическая
элита, ее властные отношения обладают
структурным постоянством. При изменении
персонального состава элиты властные
отношения были всегда постоянны.
Сменялись монархи, министры, парламентарии
и т.д. в ходе истории, а отношения
господства и подчинения между элитой
и массами оставались. Всякое правление
неизбежно предполагает господство
немногих над многими.
Элита для
выполнения функции управления использует
прежде всего бюрократический аппарат.
Элита намечает цели деятельности
государства, а аппарат их реализует.
Если между элитой и бюрократическим
аппаратом нет единства целей, то аппарат
может саботировать решения элиты.
Бюрократия обладает иерархической
структурой, в ее рамках существует
разделение труда, она обладает
административной властью, которую и
использует с различной степенью
добросовестности. Бюрократизм тем
сильнее в обществе, чем слабее общественный
контроль над носителями власти. Чем
значительнее роль демократических
институтов и принципов, закона в обществе,
тем меньше самодовлеющая роль бюрократии.
Бюрократ (чиновник, служащий) получает
свое место из рук старшего по чину, а не
из рук своих подчиненных. Это и определяет
одно из главных условий всесилия и
социально-политической устойчивости
бюрократии – ее абсолютную независимость
от народа.

3. Политическая элита в современном Казахстане.

Общая
характеристика современной политической
элиты Казахстана:

закрытость
и огромная дистанцированность
(экономическая, политическая, информационная
и ментальная) от населения;

элита
функционирует в рамках строгой иерархии,
где нередко понятие профессионализма
оттесняется и заменяется понятиями
личной преданности и кровного родства.
В меньшей степени это характерно для
бизнес-элиты;

правящая
элита не является монолитной, наоборот,
она пребывает в состоянии перманентных
противоречий, вследствие чего внутри
нее образуются разнообразные блоки на
основе совпадающих интересов и текущей
конъюнктуры;

основная
борьба в среде элиты идет не за право
распространить свои идеалы на
государственное и общественное развитие,
а за право распространить свое влияние
на главу государства и остальные элитные
группировки, и уже посредством этого –
на государственное и общественное
развитие;

гарантом
стабильности внутри политической элиты
является лишь президент страны.

Контрольные
вопросы:
[1,2]

  1. Определение
    политической элиты.

  2. Назовите
    типы политических лидеров?

  3. Как
    функционирует элита в современном
    Казахстане?

Борис Макаренко: Цена подавления протеста растет

Политическая система, исключающая уже активизировавшийся городской общественный сектор путем подавления или закрытия электоральных каналов. Электоральная арена перестает существовать допускается участие лишь поощряемых властью партий»? Называется эта система «бюрократический авторитаризм», и описана она 40 лет назад аргентинским политологом Гильермо О’Доннеллом на примере родной страны.

О’Доннелл описывает интригу взаимодействия власти и оппозиции через две кривые – «цену подавления» и «цену терпимости». Если власть считает, что подавить оппозицию проще, дешевле, чем терпеть конкуренцию с ее стороны, она устанавливает режим бюрократического авторитаризма, отсекая от влияния на политику тех, кто ей неудобен. Так было в 70-е гг. прошлого века в Аргентине и Бразилии, многие аналогичные черты исследователи отмечали в Южной Корее и на Филиппинах.

Перевернутый авторитаризм

Российский режим последнего десятилетия напоминает именно такой бюрократический авторитаризм, но с двумя отличиями: в классических моделях «активизировавшийся городской сектор» состоял из бедноты. Ее-то правые режимы и подавляли. А средний класс, зажиточные слои, предприниматели поддерживали режим, охраняющий их имущественные и политические интересы от давления низов.

В России власть и собственность оказались тесно переплетенными, еще теснее эта связь стала, когда нефтегазовые доходы выросли в разы. Тогда объективно появлялась возможность для проведения структурных реформ в экономике и социальной сфере, но у правящей элиты сильнее оказался страх утратить монополию контроля над распределением прибывающих ресурсов.

Поэтому власть отодвигала на обочину политики часть элиты и средний класс. Такие люди не были противниками социально-экономического курса власти как такового, однако их не устраивала фактическая монополизация экономических и политических ресурсов правящим классом и бюрократией, и они хотели более ровного конкурентного поля как в политике, так и экономике.

Низы же, напротив, стали базой поддержки режима: после бурных и тощих 90-х перераспределение в пользу беднейших слоев не такой уж большой части нефтяной ренты принесло ощущение стабильности всем, кто в своих доходах зависел от государства, в первую очередь пенсионерам и бюджетникам. Добавьте к этому широкую поддержку нерентабельных производств – вот и ответ, почему стабильность тучных лет пользовалась такой широкой поддержкой. Давала прежняя модель роста и определенные возможности для развития среднего класса, так что массовой базы у гражданского протеста не было, а для популистских и патерналистских ворчаний на власть существовала системная оппозиция, никак не опасная для монополии держателей экономической и политической ренты.

Потому-то так низка оказалась «цена подавления» правого центра и либералов. И без того слабые партии отчасти придавливали, отчасти запутывали в интригах и перекрывали каналы финансирования. Добавим к этому предубеждение правоохранительных органов против частнопредпринимательской деятельности, которое выливалось в массовые репрессии против бизнеса – той социальной страты, которая почти повсеместно в мировом опыте поддерживает модернизационные начинания государства.

Но такой режим – как любая авторитарная власть – имеет две ахиллесовы пяты: неспособность к нормальной преемственности и прогрессирующую неэффективность. Ровно это и проявилось в России прошлой осенью. Разочарование во власти в посткризисной стране нарастало медленно, но верно; сигнал о несменяемости власти, поданный в сентябре, резко усугубил это разочарование, а очевидные для значительной части общества фальсификации на парламентских выборах привели к взрыву уличного протеста. В прежнем виде бюрократический авторитаризм существовать не может. Попробуем порассуждать о возможных путях его эволюции.

«Цена подавления» растет

«Цена подавления» сегодня возрастает из-за массовости протеста. Однако как минимум несколько факторов будут работать и на повышение «цены терпимости» в глазах власти. Во-первых, тесная увязка отношений власти и собственности обусловит еще большие страхи правящего класса (бюрократии и связанного с ней крупного бизнеса), что с утратой монополии на власть он потеряет привилегии в экономической сфере и утратит контроль над обществом. Во-вторых, в России конфигурация сил и в элитах, и в оппозиции крайне неблагоприятна для демократизации. Системная оппозиция воспитана на конформизме, а внесистемная маргинальна и раздроблена как по идейно-политическим основаниям, так и по степени радикальности. Затруднено формирование классического алгоритма демократизации, когда «умеренные» во власти и в оппозиции устанавливают и гарантируют соблюдение рамки компромиссов, изолируя сторонников жесткой линии с обеих сторон.

Однако против продолжения авторитарной тенденции (проявления которой очевидны в последние месяцы) также работают значимые факторы. Во-первых, уровень развития общества (образованность, урбанизированность) и относительно высокий социальный статус протестующих повышают «цену подавления» слишком резко. Кроме того, резкий крен в авторитарность гарантирует всему правящему классу статус «изгоев» на международной арене. В отличие от белорусской верхушки, уже пребывающей в этом статусе, для российской правящей элиты это чревато куда большими издержками: потерей счетов и других активов на Западе.

Добавим: режим понес имиджевый урон в результате выборов и сделал ряд шагов в сторону либерализации – вернул свободу регистрации партий и выборность губернаторов. Наконец, главное: усиление авторитаризма не решит ни одну из проблем социально-экономического развития.

Судя по всему, нас ждет тактика «тащить и не пущать» – впрочем, власть думает, что это не тактика, а стратегия, которую можно условно назвать «необонапартизмом» – доминированием президентской власти, стоящей над схваткой, разделяющей и властвующей. Необонапартистский сценарий подразумевает умеренное расширение рамок политической конкуренции (особенно в законодательной власти, которая слаба и мало на что влияет), попытку обновить «Единую Россию», сделать ее более способной к публичной политике (впрочем, народный фронт пока выглядит крайне неубедительно). Кроме того, власть попытается ликвидировать очевидный для нее дефицит обратной связи – путем создания «открытого правительства», многочисленных советов для консультаций (ни к чему власть не обязывающих). Последует и «бюрократическая оптимизация» – более частыми станут отставки и взыскания чиновникам, замешанным в резонансных скандалах (Крымск – первый пример), некоторое ускорение кадровой ротации, технократические управленческие решения типа электронного правительства, точечные уступки общественному мнению.

Однако все эти меры не решат проблемы тупиковости социально-экономической модели, слезания с нефтяной иглы. А уже пошел обратный отсчет к президентским выборам 2018 г. Напомним: по данным «Левада-центра», в апреле 2012 г. 43% хотели бы, чтобы Путина в Кремле сменил другой человек, а за новый срок Путина или Медведева даже в сумме – лишь 23%. В преддверии этой даты (и «промежуточного финиша» – парламентских выборов 2016 г.) и сам президент, и вся властная элита должны сделать выбор.

Перестать быть Бонапартами

«Необонапартизм» чреват рисками дальнейшего падения эффективности и популярности власти. К этому может добавиться неблагоприятная социально-экономическая конъюнктура, а монолитная конструкция держателей политической и экономической ренты в ситуации неопределенности «пойдет трещинками». Зажимать оппозицию? Сворачивать даже половинчатые реформы? Помешать созданию умеренно либеральной партии среднего класса? Такой путь неизбежно приведет к куда более масштабному столкновению власти с уличным протестом. Жесткое подавление протеста привело бы к «спиральному эффекту» – падение легитимности режима внутри страны и ее полный развал в глазах Запада побудят власть объявить Россию «осажденной крепостью», а оппозицию – преступниками и предателями и обрушить на нее новый раунд репрессий. Но такие сценарии в обществе непопулярны и воспринимаются как утрата стабильности.

Чтобы избежать этого сценария, необходим выход из «необонапартизма» и «бюрократического авторитаризма». Для этого нужно продолжить начатые политические реформы, не мешать, а содействовать приходу на политическую арену вменяемых сил – как справа, так и слева от центра, от имитации диалога перейти к реальному вовлечению бизнеса и среднего класса в решение проблем экономического развития, становлению правового государства, обузданию коррупции. Да, это потребует размывания монополии на власть и собственность, да, выстраивать такое доверие нелегко. У Аргентины, Бразилии, Южной Кореи это получилось. Неужели мы окажемся менее умелыми в строительстве демократической России?

Типы политических элит

В каждом обществе политическая элита занимает главен­ствующее положение и осуществляет функции политического руководства. Но в условиях конкретных политических систем, сложившихся традиций, способов формирования и функциони­рования элиты могут существенно отличаться. Это многообра­зие нуждается в осмыслении и здесь во многом может помочь выделение типов элит, т. е. типология, с помощью которой мож­но более четко представить себе специфику какой-либо кон­кретной элиты.

В зависимости от критерия типологизации можно выде­лить различные типы элит и представить их в виде следующей таблицы, где каждая колонка — определенный критерий.

Типология элит |

Способ отбора (рек­рутирования) элиты

открытая (антрепренерская), закрытая (гильдии)

Род деятельности

политическая,

экономическая,

военная,

бюрократическая, культурно — информационная

Место в политиче­ской системе

правящая,

оппозиционная (контрэлита)

Характер внутри — элитных отношений

Объединенная (с высокой степенью интегра­ции): а) идеологически объединенная; б) консенсусно объединенная;

разъединенная

(с низкой степенью интеграции)

Степень представи­тельности

С высокой степенью представительности; с низкой степенью представительности

Пояснения к содержанию таблицы:

1. Способ отбора. Открытая (антрепренерская) элита характеризуется тем, что при отборе в нее существует неболь­шое число формальных ограничений доступа в элиту, первосте­пенная значимость личных качеств человека. Механизм отбо­ра — выборы, предполагающие конкурентную борьбу. Этот тип элиты обеспечивает высокую степень циркуляции (возможность попасть в элиту представителям разных социальных слоев), приток в элиту людей с новыми идеями. Но при этом существу­ет невысокая степень преемственности в выработке политики.

Закрытая элита (гильдии) — характеризуется тем, что при отборе в нее существует большое число формальных требова­ний, предполагается личная преданность руководству, готов­ность беспрекословно исполнять приказы. Механизм отбора — назначение. Этот тип элиты обеспечивает высокую степень пре­емственности в выработке политики, уравновешенность реше­ний, низкую степень внутренних конфликтов. Но при этом элита лишается притока в свой состав людей инициативных, что ведет к ее косности, деградации, вырождению. Существует низкая степень циркуляции.

2. Род деятельности. Политическая элита по роду дея­тельности осуществляет руководство в сфере разработки и реа­лизации политических решений, представлена политическими лидерами, главами влиятельных политических партий, движе­ний.

Экономическая — в ее состав входят крупные собственни­ки, банкиры, главы промышленно-финансовых групп, владель­цы крупных капиталов. Осуществляет руководство экономиче­ской сферой жизни общества. Но при этом в реальной жизни зачастую трудно четко провести грань между группами полити­ческой и экономической элиты.

Военная элита — представлена высшим генералитетом стран, осуществляет профессиональное руководство сферой обороны.

Бюрократическая элита — представлена высшим слоем го­сударственных служащих. Осуществляет руководство организа­цией выполнения в масштабах страны принятых политических решений.

Культурно-информационная элита — представлена круп­ными деятелями науки, культуры, видными журналистами, вид­ными иерархами церкви — то есть теми, кто формируют общест­венное мнение. Главная функция этой группы — формирование благоприятного для элиты общественного мнения, идеологическое обоснование факта господства данной элиты и принимае­мых ею решений.

3. Место в политической системе. Правящая элита — те

группы и политики, которые реально принимают важные реше­ния (или оказывают влияние на их принятие). Оппозиционная элита (контрэлита) — те группы и политики, которые стремятся занять позиции правящей элиты, сменить ее у власти при под­держке большинства не элитных групп

4. Характер внутриэлитных отношений. Объединенная элита обладает высокой степенью интеграции, в достаточной степени сплочена. В ней существует низкая степень межгруппо — вой конкуренции, конфликты не носят непримиримого характе­ра. При этом идеологически объединенные элиты формируют единую (и единственную) идеологию, нетерпимы к инакомыс­лию в своих рядах. Консенсусно объединенные элиты выраба­тывают согласие по основным ценностям, целям и методам про­водимой политики, по правилам политической конкуренции.

Разъединенная элита обладает низкой степенью интегра­ции. В ней существует острая борьба между различными груп­пировками за овладение стратегическими позициями, за сферы контроля и распределение ресурсов. Характерна высокая сте­пень конкуренции. В борьбе за власть используются различные методы борьбы вплоть до грубой компрометации соперников.

5. Степень представительности. Элиты с высокой сте­пенью представительности могут выражать интересы многих сегментов общества. Элиты с низкой степенью представитель­ности выражают, как правило, интересы ограниченного числа сегментов общества.

Япония — БЮРОКРАТ

Япония Содержание

Японцы сталкивались с бюрократическими учреждениями, по крайней мере,
к началу седьмого века нашей эры, когда императорский двор принял
законы и государственное устройство Танского Китая. Однако отличительный
Китайский институт экзаменов на госслужбу так и не прижился, и
импортированная система никогда не была успешно навязана стране на
большой. Но к середине периода Токугава (1600-1867 гг.)
функции класса самураев превратились из воина в священнослужителя и
административные функции.После реставрации Мэйдзи (1868 г.)
новая элита, вышедшая из низов самураев, создала
Государственная служба по западному образцу.

Хотя в результате оккупации Соединенных Штатов оба военных
и заведений дзайбацу, за пределами
упразднить довоенное министерство внутренних дел, чтобы бросить вызов власти
бюрократия. Была значительная преемственность — в учреждениях,
стиль работы и персонал — между государственной службой до и
после оккупации, отчасти потому, что штат Макартура косвенно управлял
и во многом зависел от сотрудничества государственных служащих.Процесс
произошла взаимная кооптация. Кроме того, разработчики политики США никогда не
рассматривал государственную службу с таким же осуждением, как и военная или
экономические элиты. Роль государственной службы в милитаризме Японии была
вообще преуменьшается. Многие из деятелей оккупации были
продукты Нового курса президента Франклина Д. Рузвельта и имели сильные
вера в достоинства профессионализма государственной службы. Наконец,
осознанная угроза Советского Союза в конце 1940-х годов создала
общность интересов оккупантов и консервативных, социальных
администраторы, заботящиеся о порядке.

Государственная служба

Пытаясь выяснить, «кто здесь главный», многие аналитики
указали на элитную бюрократию как на людей, которые действительно управляют
Японии, хотя они составляли лишь крошечную долю от более
более 1 миллиона национальных государственных служащих. Несколько сотен
элита работает в каждом национальном министерстве или агентстве. Хотя вход
попадание в элиту через открытые экзамены не требует колледжа
степень, большинство его членов являются выпускниками самых
престижные университеты.Юридический факультет Токийского университета является
единственный самый важный источник элитных бюрократов. После окончания
колледж и, все чаще, некоторые исследования на уровне магистратуры, абитуриенты проходят
серия чрезвычайно сложных экзаменов на высшую государственную службу: в
Например, в 1988 г. экзамены прошли 28 833 человека, но только 1814 человек, или 6,3.
процентов, были успешными. Из тех, кто добился успеха, только 721 человек.
на самом деле нанят. Подобно ученым-чиновникам имперского Китая, успешным
кандидаты были выносливыми выжившими после изнурительного обучения и тестирования
процесс, который обязательно начался в раннем детстве и требовал полного
концентрация.Типичный молодой бюрократ, чаще всего мужчина,
умный, трудолюбивый и целеустремленный человек. Немного
бюрократам не хватает воображения и, возможно, сострадания к людям, чьи
образ жизни отличается от их собственного.

Отношение общества к элите неоднозначное. Элита наслаждается
огромный социальный престиж, но членов тоже недовольны. Они живут в
сфера, которая хотя бы частично является публичной, но далекая от жизни
обычные люди.По сравнению с политиками их обычно считают
честный. Вовлечение высших должностных лиц в скандалы, такие как Рекрут
Дело, однако, в некоторой степени запятнало их имидж.

Японские элитные бюрократы изолированы от прямых политических
давление, потому что в гражданском
служба. Министры кабинета обычно карьерные политики, но они
довольно часто приходили и уходили со своих постов (со средним сроком
менее года), и обычно имеют мало возможностей для развития мощности
базироваться в министерстве или заставлять своих подчиненных на государственной службе
принять реформы.Ниже кабинета министров находится административный заместитель.
министр. Административные вице-министры и их подчиненные
кадровые государственные служащие, назначения которых определяются в соответствии с
с внутренним принципом старшинства.

В статье 1975 года политолог Чалмерс Джонсон цитирует
бывший вице-министр Министерства международной торговли и
Промышленность (MITI), который сказал, что Сейм был просто «продолжением
бюрократия.«Чиновник утверждал, что» бюрократия
разрабатывает все законы … Все, что делает законодательный орган, — это
следствие, которое около полугода удерживает большую часть старших
чиновники засели в Сейме «.

За годы, прошедшие с тех пор, как этот чиновник гордо хвастался,
Стало очевидно, что власть бюрократов ограничена. В
наиболее важным было возрастание роли ЛДП в формировании политики. Политическая
ученый Б.К. Кох предположил, что во многих случаях члены ЛДП
племена, ориентированные на политику (зоку), имели больший опыт в своих
поля, чем элитные бюрократы. До того, как последний разработал законопроект,
они должны были консультироваться и следовать инициативам Политики партии
Исследовательский совет. Многие аналитики считают роль бюрократии в
законопроект должен быть не больше, чем его коллеги в
Франция, Германия и другие страны. Также решение многих пенсионеров
бюрократы, которые будут баллотироваться в качестве кандидатов от ЛДП, могут не отражать, поскольку
ранее предполагалось, власть чиновников, а скорее
нетерпение амбициозных мужчин, которые хотели найти себя,
политически «там, где происходит действие.»

Возникло ожесточенное соперничество между министерствами, когда
были сформулированы политические решения. Элитных госслужащих набирали
и провели всю свою карьеру в одном служении. В результате они
развили сильную групповую солидарность и рьяно защищали свои
дерн. Небюрократические субъекты — политики и группы интересов — могли
использовать это соперничество в своих интересах.

Министерство финансов обычно считается самым влиятельным и
престижное из министерств.Его высшие должностные лица считаются
сливки элиты. Хотя в 1970-е годы это было относительно неудачно.
когда дефицит увеличился, министерство добилось больших успехов в 1980-х гг.
ограничение государственных расходов и повышение налогов, в том числе
Двенадцатилетняя битва за налог на потребление пройдена. Огромный национальный
однако долг в начале 1990-х годов может свидетельствовать о том, что это
бюджетный орган не добился успеха в предыдущее десятилетие в
ограничение спроса на популярные полисы, такие как медицинское страхование, рис
ценовая поддержка, а убыточная общенациональная сеть
приватизирована Группа железных дорог Японии.MITI часто сталкивается с препятствиями
в своих планах после оккупации на раннем этапе консолидации экономики. Она имеет
не всегда удавалось навязать свою волю частным интересам,
политики или другие министерства. По словам профессора права Джона Оуэна
Хейли, писавший в конце 1980-х годов о практике гёсэй шидо MITI,
или административное руководство, часто описываемое как свидетельство
скрытая власть бюрократии, на самом деле была второй лучшей альтернативой
«явные законодательные полномочия, которые узаконили бы его
осуществление власти.»Политика административной реформы в 1980-е гг.
установили потолок для персонала госслужбы и расходы, которые, вероятно,
способствовали ухудшению морального духа и условий труда.

Еще одним фактором, ограничивающим бюрократическую власть, было появление
зажиточное общество. В ранний послевоенный период дефицит
капитал позволил Министерству финансов и MITI приложить
значительное влияние на экономику через контроль над банковским сектором
система.В меньшей степени этот дефицит
оставалось до 1980-х годов, потому что большинство крупных компаний имели высокие
отношения заемного капитала и зависели от банков для вливания капитала.
Их огромные прибыли и растущая зависимость от рынков ценных бумаг в
в конце 1980-х годов, однако, у Министерства финансов было меньше
влияние. Богатство, техническая изысканность и новая уверенность в себе
компании также затруднили MITI выполнение административных
руководство.Министерство не могло сдержать агрессивных и часто
политически противоречивые покупки японскими корпоративными инвесторами в
США, например, приобретение Mitsubishi Estate в октябре 1989 г.
Рокфеллер-центр в Нью-Йорке, который вместе с Sony
Приобретение корпорацией Columbia Pictures несколькими неделями ранее,
обострили торговые трения между двумя странами.

Вся проблема торговых трений и иностранного давления имела тенденцию к
политизировать бюрократию и способствовать беспрецедентному расколу в
конец 1980-х — начало 1990-х гг.Во время Инициативы по структурным препятствиям
переговоры, проведенные Японией и США в начале 1990 г., основные изменения
в экономике Японии обсуждались: реформы распределения и
системы ценообразования, улучшение инфраструктуры и устранение
официальные процедуры, ограничивающие иностранное участие в экономике.
Хотя подобное иностранное давление вызывает недовольство многих японцев как
посягательство на национальный суверенитет, это также дает возможность
чтобы одни министерства получали прибыль за счет других.Там есть
вряд ли бюрократическая юрисдикция в экономической сфере, которая не в
какое-то чувство сказалось.

Неоднократно международно мыслящие политические и бюрократические элиты
нашли свои реформы, открывающие рынок, призванные успокоить Соединенные Штаты
требований, саботируемых другими интересами, особенно сельским хозяйством. Такой
реакции усилили давление Соединенных Штатов, что, в свою очередь, создало
чувство кризиса и осадного менталитета в Японии.В
«интернационализация» японского общества и другими способами
разделил бюрократическую элиту. MITI, Министерство труда и
У Минюста разошлись во взглядах на то, как реагировать на наплыв людей.
неквалифицированных рабочих, обычно из Южной и Юго-Восточной Азии, в
нуждающаяся в рабочей силе японская экономика. Примерно от 300 000 до 400 000 из них
работал нелегально на небольшие японские фирмы в конце 1980-х. Министерство
Образование, наука и культура: пересмотр руководящих принципов по написанию
учебники истории, якобы домашнее дело, вызвали возмущение
азиатских соседей Японии, потому что изменения имели тенденцию смягчать
зверств военного времени.

Динамика формирования политики

Несмотря на все более непредсказуемую внутреннюю и международную
окружающая среда, выработка политики соответствует устоявшимся послевоенным образцам.
Тесное сотрудничество правящей партии, элитной бюрократии и
важные группы интересов часто затрудняют определение того, кто именно
отвечает за конкретные политические решения. Тенденция инсайдеров к
охранная информация по таким вопросам усугубляет трудность, особенно
для иностранцев, желающих понять, как можно принимать решения внутри страны
повлиял на уменьшение торговых проблем.

Человеческий фактор

Наиболее важным человеческим фактором в процессе разработки политики является
однородность политической и деловой элит. Они склонны быть
выпускники относительно небольшого числа ведущих университетов.
Независимо от регионального или классового происхождения этих людей, их
аналогичное образование поощряет их чувство общности, так как
отражается в тонко сплетенной сети брачных союзов между
высшие должностные и финансовые круги (заикаи) семьи.В
институт досрочного выхода на пенсию также способствует однородности. На практике
амакудари, или спуска с небес, как это широко известно,
бюрократы, уходящие на пенсию в возрасте пятидесяти лет, часто занимают руководящие должности в
государственные корпорации и частные предприятия. Они также становятся
политики. К концу 1980-х годов у большинства послевоенных премьер-министров были
опыт государственной службы.

Эта однородность способствует свободному обмену идеями между членами
элита в неформальной обстановке.Бюрократы и бизнесмены, которые
связанных с одной отраслью, например электроникой, часто
регулярные неформальные встречи в отелях и ресторанах Токио. Политическая
ученый Т.Дж. Пемпель указал, что концентрация
политическая и экономическая власть в Токио — особенно небольшая
географический район его центральных подопечных — облегчает работу лидеров, которые
почти без исключения жители столицы, чтобы повторить
Личный контакт.Еще один фактор, о котором часто забывают, — это тенденция
элитные мужчины не должны быть семьянинами. Поздняя ночная работа и прогулки по барам
расписания дают им широкие возможности для хеширования и перефразирования вопросов политики
и занимайтесь харагей (буквально, искусство живота), или интимным,
часто невербальное общение. Как воины древней Спарты, которые
жили в бараках отдельно от своих семей в течение большей части своих
В зрелом возрасте ожидается, что бизнес и бюрократическая элита
жертвовать своей личной жизнью ради национального блага.

Разработка официальной политики

После в основном неформального процесса в элитных кругах, в котором идеи
обсуждались и развивались, могут быть предприняты шаги для создания большего
разработка официальной политики. Этот процесс часто происходил в обдумывании.
советы (шингикай). Было около 200 шиникаев,
каждый прикреплен к министерству; их члены были как официальными лицами, так и
видные частные лица в бизнесе, образовании и других сферах.Сингикай сыграл большую роль в облегчении общения.
среди тех, кто обычно не мог встретиться. Учитывая тенденцию к реальному
переговоры в Японии будут проводиться в частном порядке (в немаваси,
или корневое связывание, процесс достижения консенсуса), shingikai
часто представляли собой довольно продвинутую стадию разработки политики, на которой
относительно незначительные различия могут быть устранены, и в результате
решения сформулированы приемлемым для всех языком.Эти тела были
юридически установлен, но не имел полномочий обязывать правительства принимать
свои рекомендации.

Самым важным совещательным советом в 1980-х годах был
Временная комиссия по административной реформе, созданная в марте.
1981 премьер-министром Судзуки Зенко. Комиссия состояла из девяти человек,
помогали в их обсуждениях шесть советников, двадцать один эксперт
членов «и около пятидесяти» советников «, представляющих
широкий выбор групп.Его глава, президент Кейданрен Доко Тошио,
настаивал на том, чтобы правительство согласилось серьезно отнестись к его рекомендациям и
взять на себя обязательство реформировать административную структуру и налоговую
система. В 1982 году комиссия пришла к нескольким рекомендациям.
что к концу десятилетия было реализовано. Эти реализации
включена налоговая реформа; политика ограничения роста правительства; в
учреждение в 1984 г. Агентства по управлению и координации для
заменить Агентство административного управления в Офисе премьер-министра
Министр; и приватизация государственной железной дороги и телефонной связи.
системы.В апреле 1990 года еще один совещательный совет, Избирательный
Совет по системным исследованиям представил предложения, которые включали
создание одномандатных округов вместо
многоместная система.

Еще одним важным институтом, определяющим политику в начале 1990-х годов, был
Совет по исследованию политики ЛДП. Он состоял из ряда
комитеты, состоящие из членов парламента ЛДП, с комитетами
соответствующие различным исполнительным органам.Члены комитета
тесно сотрудничали со своими официальными коллегами, продвигая запросы
их составляющих одним из наиболее эффективных способов, с помощью которых
заинтересованные группы могли изложить свою позицию бюрократии через
канал правящей партии.

Бюджетный процесс

Несмотря на все более очевидные ограничения бюрократической власти,
Бюджетное бюро Министерства финансов находится в центре
политический процесс, потому что он ежегодно пополняет национальный бюджет.Эта ответственность делает его центром внимания групп интересов и
других министерств, которые боролись за ограниченные средства. Бюджетный
процесс обычно начинается вскоре после начала нового финансового года на
1 апреля. Министерства и госструктуры готовят бюджетные заявки в
консультации с Советом по исследованию политики. Осенью каждого года
Эксперты Бюджетного бюро рассматривают эти запросы очень подробно, в то время как
высшие должностные лица Минфина разрабатывают общие контуры
новый бюджет и распределение налоговых доходов.Зимой,
после публикации проекта бюджета министерства агитация
отдельные члены парламента от своих избирателей и различных министерств
для доработок и дополнительных выделений становится интенсивным. В
лидеры коалиции и представители Министерства финансов консультируются по окончательному
проект бюджета, который обычно принимается Сеймом в конце зимы.

В общих чертах процесс раскрывает основные характеристики
Японская политическая динамика: несмотря на часто заявляемые идеалы
«гармония» и «консенсус», интересы, в том числе
бюрократические интересы находятся в жесткой конкуренции за ресурсы.Политическим лидерам и должностным лицам Бюджетного бюро нужны большие навыки, чтобы достичь
взаимоприемлемые компромиссы. Образ «Японии»
Инкорпорированный, «в котором гармония и единодушие фактически
автоматические, опровергающие реальность интенсивного соперничества. В
система конца двадцатого века успешна постольку, поскольку
политические навыки и понимание общих интересов сводят к минимуму
антагонизмов и поддерживать приемлемый баланс сил между группами. Это
Однако неясно, сохранится ли эта система, когда Япония столкнется с
такие проблемы, как растущее социальное неравенство, старение общества и
вызов «интернационализации» своего общества и
экономия.

Подробнее о правительстве и
Политика Японии.

Пользовательский поиск

Источник: Библиотека Конгресса США.

бюрократическая элита — немецкий перевод — Linguee

После 1961 года

[…]
военный переворот, t h e бюрократическая элита e n su red that priority […]

снова будет отдано промышленности, тогда как

[…]

с учетом долгосрочных планов развития и стратегии импортозамещения.

bti2003.bertels … mation-index.de

Mit dem Militrputsch

[…]
1961 s ic herte di e brokratische Elite на s N eue d as Primat […]

der Industrie, der jetzt langfristige Entwicklungsplne

[…]

und eine importsubstituierende Strategie verschrieben wurden.

bti2003.bertels … mation-index.de

В то время как гражданство в Турции определяется нейтрально, фактическое осуществление политических и культурных прав широко отождествляется с своего рода

.
[…]

«Турецкость», фактическое содержание которого составляет

[…]
определяется государством a n d бюрократическая элита d e pe nding on the current […]

политическая ситуация.

bti2003.bertels … mation-index.de

Die Definition der Staatsangehrigkeit ist in der Trkei politisch нейтральный geregelt, doch die faktische Wahrnehmung von politischen und kulturellen Partizipationsrechten ist weitgehend an die Identifikation mit einem Trkentum «gebunden,

[…]

dessen aktuelle inhaltliche Ausgestaltung

[…]
die s ta atli che un d brokratische Elite j e n ach poli ti scher […]

Konjunktur vornimmt.

bti2003.bertels … mation-index.de

Таким образом, он не сомневается в продаже

[…]

и установка атомных электростанций и высокоскоростных

[…]
поезда, так что t h e бюрократическая элита c a n приносит максимальную прибыль.

europarl.europa.eu

Daher kann sie ohne Bedenken Kernkraftwerke und Hochgeschwindigkeitszge verkaufen und

[…]
errichte n, dami t d ie brokratische El ite hch st e Profite […]

erzielen kann.

europarl.europa.eu

Мили ta r y бюрократическая элита , h ea от могущественных генералов […]

, которые доминировали в стране, привели к различным переворотам и наложили

[…]

продленных срока военного положения.

missionidonbosco.org

D ie mili tr isc h-brokratischen Eliten un te r de m Ko mm ando von […]

mchtigen Generlen, die das Land beherrschten, verursachten

[…]

zahlreiche Staatsstreiche und brachten dem Land lngere Kriegsperioden.

missionidonbosco.org

Подлинный социализм несовместим с

[…]
правило частного например e d бюрократическая элита , w hi ch неизбежно […]

сопровождаться колоссальным

[…]

коррупции, кумовства, расточительства, бесхозяйственности и хаоса.

marxist.com

Ein wirklicher Sozialismus ist

[…]

unvereinbar mit der Herrschaft

[…]
einer p rivi legi er ten brokratischen Elite, die vo n ein er kolossalen […]

Korruption, Vetternwirtschaft,

[…]

Verschwendung, Misswirtschaft und von Chaos begleitet wird.

marxist.com

Третий проект за этот период

[…]

анализирует представления о Европе среди

арабов.
[…]
интеллектуалов и t h e бюрократическая элита , f oc , использующих в Марокко, […]

Тунис и Египет.

sfb-repraesentationen.de

Das dritte Projekt in diesem Zeitraum analysist die

[…]

Europareprsentationen arabischer

[…]
Intellektu el ler u nd der brokratischen Elite, d er Sc hwerp un kt liegt […]

auf Marokko, Tunesien und gypten (Hoffmann).

sfb-repraesentationen.de

Европа имеет положительный, прямой и

[…]

оказывает ощутимое влияние на своих граждан, но его учреждения кажутся им

[…]
непонятно bl e , бюрократический , элитный o r i nsignificant.

eurotopics.net

Europa hat einen positiven, direkten und sprbaren Einfluss

[…]

auf die Brger der Union, aber die Institutionen erscheinen

[…]
ihnen unv er stn dlic h, brokratisch, elitr или unb ed eutend.

eurotopics.net

Это не возглавляли антикоммунистические интеллектуалы-диссиденты

[…]

аналогично китайской Хартии 08, но по основным элементам, полученным из разложения

[…]
номенклатура, т. vi e t бюрократическая элита .

spartacist.org

Diese wurde nicht von antikommunistischen Dissidenten aus der Intellektuellenschicht, vergleichbar mit den Vertretern von Chinas

[…]

Charta08, angefhrt, sondern von bedeutenden Elementen der sich auflsenden

[…]
Nomenklatur, de r sowje tis che n brokratischen Elite .

spartacist.org

Правительство Партии справедливости и развития Абдуллы Гюля, вступившее в должность 18 ноября 2002 года, рассматривается как представитель анатолийской партии

[…]

провинции и ее экспортно-ориентированная промышленность, в

[…]
в отличие от сати на e d бюрократический a n d busi ne s s elite a т т центр в Анкаре.

bti2003.bertels … mation-index.de

Die Regierung der Gerechtigkeits- und Entwicklungspartei unter Abdullah Gl, die am 18 ноября 2002 г. Ihr Amt antrat, gilt als Reprsentantin der anatolischen Peripherie und ihres auf

[…]

Export orientierten Unternehmertums

[…]
gegen d ie satu rie rte brokratische und un ternehm eri sch e Elite d es Ank arane r Zent .

bti2003.bertels … mation-index.de

Хотя это правда, что t h e бюрократический l e ad ership of the closed Rus si a n elite i s n от производства […]

динамическая экономика,

[…]

тем не менее, продолжающийся дефицит сырья на мировых рынках позволяет России стремиться к самостоятельной роли в «многополярной мировой системе».

fes.de

Zw ar erze ugt di e brokratische H err sch aft d er geschlosse ne n ru ssis ch en Elite ke in e ho he W ir tschaftsdynamik, […]

деннох эрлаубт

[…]

es die anhaltende Rohstoffknappheit auf den Weltmrkten Russland, eigenstndige Rolle in einem «multipolaren Weltsystem» anzustreben.

fes.de

Эту операцию, которая довела логику до предела, облегчила очевидная

[…]

чрезвычайно сильная позиция

[…]
безопасности po li c y elite a n d t he i r бюрократический e l em энтов в американском […]

процесс принятия решений.

hsfk.de

Ermglicht wurde diese die Logik arg strapazierende Operation durch die offenkundig

[…]

Огромный Старк Stellung der

[…]
sicherh ei tspol iti sch en Elite un d ihr er brokratischen Te il e im ame ri kanischen […]

Entscheidungsprozess.

hsfk.de

Я сожалею об этом, потому что такое голосование, помимо санкционирования комиссии, которую я свободно принимаю, не было единственной или даже принципиальной ответственностью, было бы целительным выстрелом в луки институтов и государств-членов, через несколько месяцев до МКГР. , приглашая их задать вопрос

[…]

система принятия решений, которая показала

[…]
его фундаментальный fl aw s , бюрократический o p ac ity, разбавление […]

ответственности и система

[…]

санкций, которые жесткие, но полные дыр, что делает невозможным достучаться до виновных и вынуждает нас наказывать всю Комиссию за вину одного члена — как бы зарезав стадо из-за одного больного животного.

europarl.europa.eu

Eine solche Abstimmung htte es nmlich ber die Sanktionierung einer Kommission hinaus, die der ich gerne zugestehe, da sie nicht die einzige und hauptschliche Verantwortliche ist, ermglicht, den Institutionen und den Mitgliedzuförzen, en: der, en , ein Entscheidungssystem erneut in Frage zu

[…]

stellen, das seine grundlegenden

[…]
Schwchen a uf gezei gt hat : brokratische I ntr ans paren z, Verwsserung […]

der Verantwortlichkeiten,

[…]

lckenhaftes und starres Sanktionierungssystem, das es nicht ermglicht, die Schuldigen zu treffen, und das uns zwingt, wegen des Fehlers eines Einzelnen das Kollegium zu bestrafen, auf gewisse Weise wegen derzuelnzeen herindexen.

europarl.europa.eu

Трудности с тестированием GLP кроются в

[…]

факт, что такой тест

[…]
сопровождается длинной цепочкой o f « бюрократический » o pe пайки, тогда как […]

его «умелое» исполнение кажется

[…]

отойти на второй план: составление плана тестирования перед каждым тестированием, обоснование и допущение необходимых дальнейших отклонений от плана тестирования, проверка (аудит) персоналом QA на критических этапах тестирования, информация руководителя лаборатории и лицо, ответственное за тестирование в случае недопустимых отклонений от плана тестирования или стандартных рабочих процедур, заявление лица, ответственного за тестирование, в отчете о тестировании о выполнении теста, соответствующем GLP (декларация GLP), заявление подразделения QA о проведенных аудитах и ​​отчетах о возможных отклонениях (декларация QA) и, по крайней мере, полная запись всех документов, связанных с тестом, включая необработанные данные, отчет о тестировании и записи QA.

dar.bam.de

Die Schwierigkeiten mit GLP-gerechten Prfungen bestehen darin,

[…]

da eine solche Prfung von

[…]
einer lan ge n Ke tte vo n «brokratischen» V или gng en b например leitet […]

wird, whrend ihre «fachgerechte»,

[…]

д.х. kompetente Durchfhrung eher in den Hintergrund zu treten scheint: Aufstellung eines Prfplans vor jeder Prfung, Begrndung und Genehmigung bei spter erforderlichen Abweichungen vom Prfplan, berprfung (Audit) durch: Abweichungen vom Prfplan oder von Standardarbeitsanweisungen, Erklrung des Prfleiters zum Prfbericht ber die GLP-gerechte Prfungsdurchfhrung (GLP-Erklrung), Erklrung der QS-Einheit ber durchgefhrtech Erklrung der QS-Einheit ber durchléséfhrtech Erklrung der (QS-Einheit ber durchléséfhrtech Erklrung et al. der Pfung zusammenhngender Unterlagen, einschlielich Rohdaten, Prfbericht und QSAufzeichnungen.

dar.bam.de

Инвестиции в инфраструктуру, координация между различными ведомствами, отвечающими за проблемы безработицы, создание механизмов финансовой помощи малым и

[…]

среднего бизнеса, ликвидация

[…]
административный a n d бюрократический b u rd Ens, эксплуатация […]

новых источников занятости

[…]

в таких секторах, как окружающая среда, досуг, культура и третий возраст, включение в договор новой главы о занятости с более активным участием парламента в планировании и разработке политики занятости, а также новые формулы борьбы с безработицей, предложенные в Отчет Комиссии предоставляет множество возможностей для действий, поэтому мы не должны сдаваться.

europarl.europa.eu

Investitionen in die Infrastruktur, Koordinierung zwischen den fr Probleme in Zusammenhang mit Arbeitslosigkeit zustndigen Behrden, finanzielle Untersttzung fr kleine und

[…]

mittlere Unternehmen, Beseitigung

[…]
admin ra tiver un d brokratischer H ind ernis se , Nutzung […]

neuer Arbeitspltze в Bereichen

[…]

wie Umwelt, Freizeit, Kultur und Betreuung lterer Menschen, Aufnahme eines neuen Kapitels ber Beschftigung in den Vertrag (mit grerem Mitspracherecht fr das Parlament in Sachen Entwurf und Durchfhrungu der Beschfmissions Rédédé de Artibechfungspolder, Kommunikation, Inc.) viele Handlungsmglichkeiten, da wir eigentlich nicht resignieren mssen.

europarl.europa.eu

Эти новые структуры возникли в результате процессов экономической и политической трансформации в конце 1970-х и в 1980-х годах, таких как 1) от низкого уровня бедности к высокому и от относительно справедливого к менее справедливому распределению доходов, 2 ) от старой (аграрной) ренты к новой ренте (макила или потогонная промышленность, денежные переводы и финансовая рента), 3) от аграрной ренты

[…]

в финансовую ренту и от

[…]
традиционно неолигарная ch i c elite t o a новые (финансовые) […]

олигархия и 4) от

включительно
[…]

военной диктатуры к более демократическому, но все еще политически исключительному режиму, а также от политизированного, политически активного населения к деполитизированному, политически неактивному населению.

hsfk.de

Diese neuen Strukturen ergaben sich aus konomischen II und politischen Wandlungsprozessen zum Ende der 1970er Jahre und in den 1980er Jahren, wie 1) von geringen zu hheren Armutsraten und von einer relativ gerechten zu egraterener ungere 2) neuen Renten (Maquila, Remesas und Finanzrenten), 3) von Agrarzu

[…]

Finanzrenten und von einer Traditionalell

[…]
nicht- ol igar chis ch en Elite zu e iner neu en (Finanz) Oligarchie […]

и 4) von einer inklusiven

[…]

Militrdiktatur zu einem demokratischeren, wiewohl noch immer politisch exklusiven Regime sowie von einer politisierten, politisch aktiven zu einer depolitisierten, politisch inaktiven Bevlkerung.

hsfk.de

Одно из возможных объяснений состоит в том, что в этих странах поток населения в города все еще увеличивается, а количество городских рынков составляет

.
[…]

, которые обслуживают не только

[…]
потребности хорошо образованного на e d elite l e ve l общества, но также […]

обеспечивают предметы первой необходимости для всех слоев общества.

manroland.com

Zu erklren mag das dadurch sein, dass die Landflucht gerade auch in diesen Lndern nach wie vor zunimmt und sich urbane Mrkte entwickeln, die

[…]

nicht nur die Bedrfnisse der

[…]
wachsenden, gu t ausg ebil de ten Eliten bef ri edig en, so ndern […]

auch die Grundversorgung breiter Bevlkerungsschichten gewhrleisten.

manroland.com

В своем отчете в первом чтении в Комитете по исследованиям в области спутниковой связи я предложил ряд поправок, которые позже были рассмотрены и приняты г-ном Хоппенштедтом в Комитете по экономическим, денежно-кредитным вопросам и промышленной политике, с целью перенаправить европейскую Роль Комиссии в гармонизации и отказе от процедур отбора, причем приоритет отдается именно срочности предоставления услуг, уже технически готовых к запуску, с европейскими предприятиями, участвующими на основе более структурированной и формальной процедуры отбора на уровне Комиссии — a процедура, которая неизбежно была бы длиннее, и в моем

[…]

мнений, ненужных для спутниковых сервисов, которые неизбежно

[…]
ограничено ma l l elite o f i nternational […]

оператора.

europarl.europa.eu

In erster Lesung hatte ich in der Stellungnahme des Forschungsausschusses zur satellitengesttzten Kommunikation eine gewisse Anzahl von nderungen empfohlen, die der Berichterstatter des Wirtschaftsausschusses, Kollege egen egenen und gewiste satellitengesttzten Kommunikation eine gewisse Anzahl von nderungen empfohlen, die der Berichterstatter des Wirtschaftsausschusses; sie zielten darauf ab, die Aktion der Europischen Kommission wieder eher Richtung Harmonisierung und weniger in Richtung Auswahlverfahren zu lenken, Damit unter Teilnahme europischer Firmen vorrangig das Angebot von Diensten beschleunigt wiederberevelland zu arbeiten, das unweigerlich mehr Zeit in Anspruch genommen htte und meiner Meinung nach angesichts der Besonderheit der

[…]

satellitengesttzten Dienste nicht ntig gewesen wre, da diese zwangslufig

[…]
einer sc hm alen Palette glob al er Betreiber […]

vorbehalten sind.

europarl.europa.eu

Фактически,

[…]
политика и экономика om i c elite b e hi nd и около Буша […]

отнюдь не был «националистическим», а был явно транснациональным;

[…]

он только хотел полностью подчинить глобализацию диктату США и привязать к ней младших партнеров из Европы и Японии.

isw-muenchen.de

Tatschlich war die politische

[…]
und w ir tsch aftl ic he Elite hi nt er u nd u m Bush keineswegs […]

«Националистический», зонд

[…]

транснациональных, международных и глобальных воллентов на территории США и младших партнеров в Европе и Японии и в Kandarre legen.

isw-muenchen.de

Однако большинство из этих недостатков не связано ни с недостаточным принятием общей демократии, ни с

.
[…]

межэтнический конфликт, но из-за наследия длительного авторитарного правления и отсутствия демократии

[…]
отношения в политике ic a l elite .

hsfk.de

Ein Groteil dieser Defizite ging aber nicht auf eine unzureichende Akzeptanz der gemeinsamen Demokratie oder auf den inter-ethnischen Konflikt zurck,

[…]

sondern auf das Erbe langer autoritrer Herrschaft und auf fehlende demokratische

[…]
Einstellungen d er po lit isc hen Eliten .

hsfk.de

В проекте заявления Первоначального комитета Hrvatski savez za demokraciju (Хорватский союз за демократию) в середине февраля 1989 года он писал: «Целью Хорватского союза за демократию является демократическая Хорватия, богатая в экономическом и культурном отношении, политически суверенным, плюралистически построенным на основе равенства внутри югославского сообщества и с перспективой присоединения к Европейскому сообществу «.9 После многопартийных выборов, состоявшихся весной 1990 года, и последующей смены власти (коммунистическая партия СХ-СДП была заменена националистической ХДС), европейская интеграция

[…]

стал второстепенным 10 Причина

[…]
было то, что полит ic a l elite w a s осведомлен о том, что европейский […]

Сообщество принимает только независимые

[…]

государства, которых в Хорватии не было.

boell.rs

In dem Entwurf einer Erklrung des ersten Komitees der Kroatischen Union от Demokratie (Hrvatski savez za demokraciju) Mitte Februar 1989 schrieb er: «Das Ziel der Kroatischen Union fr Demokratie ist einchavernatilhrund kroatischen Union от Demokratie ist einchavernatilhrund kroatischen Kroatisches Kroatisches. der Grundlage der Gleichheit im Innern der jugoslawischen Gemeinschaft und mit der Perspektive, der Europischen Gemeinschaft beizutreten «.9 Nach der Mehrparteienwahl im Frhjahr 1990 und dem darauf folgenden Machtwechsel (die kommunistische SKH-SDP wurde von der nationalistischen HDZ abgelst), verlor das Thema der

[…]

europischen Integration an Bedeutung, 10weil

[…]
sich di e pol iti sch e Elite b ewu sst war, d ass die […]

Europische Gemeinschaft nur unabhngige

[…]

Staaten aufnahm, была Kroatien nicht war.

boell.pl

Следует помнить, что, несмотря на все международное давление на конфликтующие стороны в процессе МОВР (Межправительственный орган по развитию), не в последнюю очередь голоса суданского гражданского общества — например, вождей, женских и молодежных групп, церквей (и церковных лидеров). ) и мусульманами, так называемыми независимыми интеллектуалами, но также и отдельными военными, которые с их внутренним давлением и

[…]

идеи помогли достичь определенного уровня

[…]
либерализация ру li n g элита a n d политические условия […]

в отличие от ранее.

хекс.ч

Es sollte nicht vergessen werden, dass bei allem internationalen Druck auf die Konfliktparteien im IGAD-Prozess (Межправительственный орган по вопросам развития) nicht zuletzt die sudanesischen zivilgesellschaftlichen Stimmen — wie etwaenndfimee Kirby , sogenannte unabhngige Intellektuelle, aber auch einzelne Militrs — mit ihrem internen Druck und ihren Ideen dazu beigetragen haben,

[…]

dass es im Gegensatz zu frher zumindest eine

[…]
gewisse ffnu ng d er regierenden El iten und p olitischen […]

Verhltnisse gibt.

хекс.ч

Укрепление структур высшего образования и научных исследований вносит вклад в

[…]

разработка локальных решений до

[…]
глобальные проблемы, av oi d s elite m i gr ation от развивающихся […]

страны, помогает развивающимся странам

[…]

догоняет мировое сообщество знаний и позволяет сотрудничать с немецкими исследователями на партнерской основе в интересах обеих сторон.

bildungsgipfel2008.de

Denn die Strkung der Hochschul- und Forschungsstrukturen trgt zur Entwicklung lokal angepasster Lsungen fr

[…]

globale Herausforderungen bei, beugt

[…]
einer Ab wande run g v on Eliten au s d en Entwi ck easyslndern […]

vor, frdert den Anschluss von

[…]

Entwicklungslndern an die global Wissensgesellschaft und ermglicht eine partnerschaftliche Kooperation mit der deutschen Wissenschaft in beiderseitigem Interesse.

bildungsgipfel2008.de

Но нельзя забывать о тяжелом наследстве, которое Гана и все другие новорожденные нации унаследовали: произвольное разделение или объединение национальных территорий, центральная административная структура колониального режима, экономическая

[…]

«монокультура», установившая зависимость от одного или двух ресурсов и сельскохозяйственных товаров, бедняки

[…]
образование б la c k элита .

cran.org

Man Sollte Allerdings das schwere Erbe nicht vergessen, das Ghana und all den anderen neugeborenen Nationen in die Wiege gelegt wurde: willkrlich zerschnittene oder zusammengefgte Staatsgebiete, die zentralistische kolnologie de dérétungs
[…]

Abhngigkeit von ein oder zwei Rohstoffen und Agrargtern festschrieb, der drftige

[…]
Bildungsstan d der schw ar zen Eliten .

cran.org

В преддверии выборов в конце октября, в которых действующий президент Леонид Кучма может столкнуться с десятью претендентами, и во втором весьма вероятном голосовании в начале ноября между Кучмой и кандидатом от коммунистов-социалистов или националистов. -центристский блок, недостаточный

[…]

намерение и недостаточная мощность

[…]
политика и экономика om i c elite a r e критикуется как […]

причина нестабильной ситуации.

zei.de

Im Vorfeld des Wahlgangs Ende Oktober, bei dem sich der derzeitige Amtsinhaber Leonid Kutschma voraussichtlich ungefhr zehn Herausforderern stellen mu, und des mit Groer Wahrscheinlichkeit zu erwartendenden der derzeitige Anfischungen Werden Besonders der Unzureichende

[…]

Wille und das mangelhafte Vermgen der

[…]
policyischen u nd ko nomi sc hen Eliten als U rsac hen de s instabilen […]

Zustands kritisiert.

zei.de

Альтернативная версия, представленная здесь, напротив, предполагает, что это не вопрос временной проблемы, поскольку емкость состояния

[…]

сектор безопасности до

[…]
функция не является намерением ru li n g elite , o n с одной стороны, потому что другие государственные институты и неформальные механизмы — включая само насилие — в порядке подходит для компенсации этих недостатков, а с другой стороны, потому что сектор государственной безопасности, способный функционировать «слишком хорошо», может представлять угрозу для t h e элиты l я vi нг.

hsfk.de

Die — hier vertretene — альтернатива Lesart geht hingegen davon aus, dass es sich dabei um kein transitorisches Problem handelt, da die Funktionsfhigkeit des

[…]

staatlichen Sicherheitssektors

[…]
von d er herr sch en den Elite nic ht in teni er t wird, zum einen, weil andere staatliche Institutionen und informelle Mechanismen — darunter die Gewalt selb. geeignet sind, diese Defizite aufzufangen, zum anderen, weil eine «zu gute» Funktionsfhigkeit des Sicherheitssektors auch fr d ie Pfr nde d er Elite dr ohl er den knnte.

hsfk.de

Однако это не может скрыть тот факт, что способность

[…]
правительство и политика ic a l elite t o w в поддержку […]

населения для дальнейших реформ

[…]

уменьшилось за последние несколько лет, что является плохой предпосылкой для реформ социального обеспечения, которые запланированы в ближайшем будущем, и приватизации или закрытия убыточных компаний из «старой» отрасли.

bti2003.bertels … mation-index.de

Dies kann jedoch nicht darber hinweg

[…]

tuschen, dass die Fhigkeit der Regierung

[…]
wie d er pol itis ch en Eliten im A llge mein en , die […]

Bevlkerung fr weitere Reformanstrengungen

[…]

zu gewinnen, in den letzten Jahren zurckgegangen ist: eine schlechte Voraussetzung fr die in naher Zukunft anstehenden Reformen der sozialen Sicherung und die Privatisierung oder Schlieung unrentabler Unternehmen der alten «Industrie.

bti2003.bertels … mation-index.de

Таких усилий не было

[…]
осуществляется политикой ic a l elites i n F rance, где Конституционная […]

Договор отклонен статьями

.
[…]

социалистической партии, а также правительствами Чешской Республики, Польши и Соединенного Королевства, где голоса «против» во Франции и Нидерландах были восприняты как долгожданный повод для прекращения национальных процессов ратификации.

emmanouilidis.eu

Derartige Anstrengungen

[…]
hatten d ie po lit isc hen Eliten in Fra nkr eich, w o der […]

Verfassungsvertrag von Teilen der Sozialisten

[…]

abgelehnt wurde, und die Regierenden in Polen, Tschechien und dem Vereinigten Knigreich, wo das «Nein» во Франкрайхе и дене Нидерландах, будет участвовать в войне, национальной ратификации, einzustellen, nicht unternommen.

emmanouilidis.eu

Сегодня основные обязанности t h e elite o f t he Исламская умма должна оказывать помощь палестинской нации и осажденному народу Газы, чтобы выразить сочувствие и предоставить помощь странам Афганистана, Пакистана, Ирака и Кашмира, чтобы они участвовали в борьбе и сопротивлении агрессии Соединенных Штатов и сионистского режима, чтобы защитить солидарность мусульман и остановить испорченные руки и голоса наемников, которые пытаются причинить вред это единство для распространения пробуждения и чувства ответственности и приверженности среди мусульманской молодежи во всех исламских общинах.

irangk.de

Heute sollten all d er palstinensischen Na tion und den sich in Umzingelung befindenden Brgern von Gaza beistehen und den Nationen в Афганистане и Пакистане, Ирак и Кашмир. der Muslime und den Kampf gegen die schmutzigen Hnde und Mnder, diese Einheit zu beeintrchtigen suchen, aufrecht zu erhalten und das Verantwortungsgefhl unter den Jugendlichen in allen islamischen Lndern hervorrufen grormiten de déses zu ervorruflt

irangk.de

Перейти к основному содержанию

Поиск

Поиск

  • Где угодно

Быстрый поиск где угодно

Поиск Поиск

Расширенный поиск

  • Войти | регистр

Пропустить основную навигациюЗакрыть меню ящикаОткрыть меню ящикаГлавная

  • Подписка / продление
    • Учреждения
    • Индивидуальные подписки
    • Индивидуальные продления
  • Библиотекари
    • Тарифы, заказы и платежи
    • Полный пакет Чикаго
    • 1732 917 Файлы KBART и RSS-каналы

    • Разрешения и перепечатки
    • Инициатива развивающихся стран в Чикаго
    • Даты отправки и заявки
    • Часто задаваемые вопросы библиотекаря
  • Агенты
    • Тарифы, заказы и платежи
    • Полный пакет Chicago
    • покрытие
    • Даты отправки и претензии
    • Часто задаваемые вопросы об агенте
  • Партнеры по издательству
    • О нас
    • Публикуйте у нас
    • Недавно приобретенные журналы
    • Партнеры по издательству
  • Обновления от прессы
  • Подписка на eTO 917 C оповещения
  • Пресс-релизы
  • СМИ
  • Издательство Чикагского университета
  • Распределительный центр в Чикаго
  • Чикагский университет
  • Положения и условия
  • Заявление об издательской этике
  • Уведомление о конфиденциальности
  • Доступность Chicago Journals
  • Доступность университета
  • Следуйте за нами на facebook
  • Следуйте за нами в Twitter
  • Свяжитесь с нами
  • Медиа и рекламные запросы
  • Открытый доступ в Чикаго
  • Следуйте за нами на facebook
  • Следуйте за нами в Twitter

Аспект американского социокультурного влияния

The U.С. Образование среди корейской политико-бюрократической элиты: аспект американского социокультурного влияния

Процитировано 0 раз в
Web of Science

Процитировано 0 раз в Scopus

Авторы
Kim, KyongDong; Ли, Онджук
Дата выпуска
1983 г.
Издатель
서울 대학교 미국학 연구소
Цитата
미국학, Vol.6, pp. 53-69
Аннотация
Аккультурация или культурные изменения в результате контакта двух или более культур, в принципе, могут быть двусторонними и симметричными.Историческая реальность, однако, говорит нам, что реальный процесс аккультурации обычно асимметричен и «наклонен» в ущерб одной культуре по сравнению с другой. В досовременные эпохи военная мощь сама по себе не могла подчинить побежденных культурно. ; довольно наклонная аккультурация часто имела место в пользу более слабых физически. В наше время стало почти неизбежным, что более сильные страны с точки зрения экономической, технологической, военной и политической мощи также могут оказывать и действительно оказывают одностороннее влияние на культурная сфера, в том числе.Фактически, культурное влияние может быть наиболее важным аспектом межнационального эффекта культурных контактов. Тем не менее, его также труднее всего определить эмпирически (Chirot, 1977; Ember, Ember, 1977; Kim, 1977; 1980; Moore, 1974), поскольку наш главный интерес не заключается в объяснении теоретических основ и основ Что касается понятия наклонной аккультурации, достаточно предположить, что процесс аккультурации между Кореей и Соединенными Штатами, исторически и в настоящее время, был наклонным по своей природе, различное культурное содержание перетекало «вниз» 80, чтобы сказать, из последних к первому, и Америка действует довольно однобоко.влияние в процессе. Чтобы проверить это очень общее предположение, мы решили проанализировать некоторые в основном ограниченные количественные данные.
ISSN
1229-4381
Язык
Английский
URI
http://hdl.handle.net/10371/88395
Файлы в этом элементе:
Собирается в коллекции:

.

Исследовательские институты (연구소) Институт американских исследований (미국학 연구소) 미국학 미국학 Том 06 (1983)

Элементы в S-Space защищены авторским правом, все права защищены, если не указано иное.

Бюрократия и эволюция государственного управления

Цели обучения

К концу этого раздела вы сможете:

  • Дайте определение бюрократии и бюрократу
  • Опишите эволюцию и рост государственного управления в США
  • Определите причины, по которым люди поступают на государственную службу

На протяжении всей истории как малые, так и большие нации возводили определенные типы невыборных рабочих на позиции относительной власти в правительственной структуре.В совокупности этих важных работников называют бюрократией. Бюрократия — это административная группа неизбираемых должностных лиц, на которую возложены функции, связанные с рядом политик и программ. В Соединенных Штатах бюрократия начиналась с очень небольшого скопления людей. Однако со временем он превратился в важную силу в политических делах. В самом деле, он стал настолько большим, что современные политики высмеяли его, чтобы получить большую политическую выгоду. Тем не менее, многие бюрократы или государственные служащие страны, лица, которые работают в бюрократическом аппарате, выполняют необходимые и даже инструментальные роли в каждой области правительства: от высокопоставленных должностей в иностранных делах и агентствах по сбору разведывательных данных до клерков и персонала в самых мелких регулирующих органах. агентства.Их нанимают или иногда назначают за их опыт выполнения функций и программ правительства.

Что делает бюрократия?

Современное общество полагается на эффективное функционирование правительства для предоставления общественных благ, повышения качества жизни и стимулирования экономического роста. Действия, с помощью которых правительство выполняет эти функции, включают, помимо прочего, налогообложение, внутреннюю безопасность, иммиграцию, иностранные дела и образование. Чем больше растет общество и возрастает потребность в государственных услугах, тем сложнее становится бюрократическое управление и государственное управление.Государственное управление — это как реализация государственной политики в правительственной бюрократии, так и научное исследование, которое готовит государственных служащих к работе в этих организациях.

Классическая версия бюрократии является иерархической и может быть описана с помощью организационной схемы, которая описывает разделение задач и специализацию сотрудников, а также устанавливает четкое единство командования, закрепляя за каждым сотрудником только одного начальника. Более того, классическая бюрократия использует разделение труда, при котором работа разделяется на более мелкие задачи, поручаемые разным людям или группам.Согласно этому определению, бюрократия присуща не только правительству, но также встречается в частном и некоммерческом секторах. То есть почти все организации бюрократичны, независимо от их масштаба и размера; хотя государственные и частные организации отличаются в некоторых важных отношениях. Например, в то время как частные организации несут ответственность перед вышестоящим органом власти, таким как собственник, совет директоров или акционеры, федеральные правительственные организации в равной степени подчиняются президенту, Конгрессу, судам и, в конечном итоге, общественности.Основные цели частных и общественных организаций также различаются. В то время как частные организации стремятся выжить, контролируя расходы, увеличивая долю рынка и получая прибыль, государственным организациям труднее измерить неуловимую цель работы с эффективностью и действенностью.

Чтобы узнать больше о практике государственного управления и возможностях участия в жизни местного сообщества, посетите веб-сайт Американского общества государственного управления.

Бюрократия может показаться современным изобретением, но бюрократы служат в правительстве почти столько же, сколько существуют правительства. Археологи и историки указывают на иногда сложные бюрократические системы древнего мира, от египетских писцов, которые вели инвентаризацию, до библейских сборщиков налогов, которые хорошо смазывали колеса правительства. В Европе правительственная бюрократия и ее изучение возникли раньше демократии. Напротив, в Соединенных Штатах сначала пришли демократия и Конституция, затем последовало развитие национальных правительственных организаций по мере необходимости, а затем, наконец, исследование У.С. возникла государственная бюрократия и государственное управление.

На самом деле, длинная история бюрократии является непреходящим свидетельством необходимости административной организации. Совсем недавно современное бюрократическое управление возникло в восемнадцатом веке благодаря поддержке шотландским экономистом Адамом Смитом эффективности разделения труда и убеждению валлийского реформатора Роберта Оуэна в том, что сотрудники являются жизненно важными инструментами в функционировании организации. Однако только в середине 1800-х годов немецкий ученый Лоренц фон Штайн утверждал, что государственное управление является одновременно теорией и практикой, поскольку его знания генерируются и оцениваются в процессе сбора доказательств.Например, специалист по государственному управлению может собрать данные, чтобы увидеть, может ли время сбора налогов в течение определенного сезона привести к более строгому соблюдению требований или возврату. Считается, что он является отцом науки государственного управления, фон Штайн открыл путь административного просвещения для других ученых в промышленно развитых странах.

Истоки бюрократии США

В ранней республике США бюрократия была довольно маленькой. Это понятно, поскольку Американская революция была в значительной степени восстанием против исполнительной власти и британского имперского административного порядка.Тем не менее, хотя ни слово «бюрократия», ни его синонимы не встречаются в тексте Конституции, документ действительно устанавливает несколько широких каналов, через которые формирующееся правительство могло бы развить необходимое бюрократическое управление.

Например, статья II, раздел 2, предоставляет президенту право назначать должностных лиц и руководителей отделов. В следующем разделе президент также уполномочен следить за тем, чтобы законы «добросовестно выполнялись». В частности, статья I, раздел 8, дает Конгрессу право создавать почтовые отделения, строить дороги, регулировать торговлю, монтировать деньги и регулировать стоимость денег.Предоставление президенту и Конгрессу таких полномочий, похоже, предполагает появление бюрократии определенного размера. Однако структура бюрократии не описывается, и она не занимает своего собственного раздела Конституции, как бюрократия часто делает в руководящих документах других стран; дизайн и форму оставалось установить на практике.

При президенте Джордже Вашингтоне бюрократия оставалась достаточно маленькой, чтобы выполнять только необходимые задачи. В период правления Вашингтона были созданы Государственный департамент для надзора за международными вопросами, министерство финансов для контроля за чеканкой монет и министерство войны для управления вооруженными силами.Сотрудники этих трех отделов, помимо растущей почтовой службы, составляли основную часть федеральной бюрократии в течение первых трех десятилетий республики. Однако два события способствовали росту бюрократии далеко за пределами этих скромных начинаний.

Кабинет президента Джорджа Вашингтона (крайний слева) состоял всего из четырех человек: военный секретарь (Генри Нокс, слева), министр финансов (Александр Гамильтон, в центре), государственный секретарь (Томас Джефферсон, справа). , и генеральный прокурор (Эдмунд Рэндольф, крайний справа).Небольшой размер этой группы отражал небольшой размер правительства США в конце восемнадцатого века. (кредит: модификация работы Библиотеки Конгресса)

Первым событием стало усиление централизованной партийной политики в 1820-х годах. При президенте Эндрю Джексоне многие тысячи сторонников партии пополнили ряды бюрократических органов по всей стране. Это было началом системы добычи, при которой политические назначения трансформировались в политический патронаж, выдаваемый президентом на основе партийной лояльности.

Политический патронат — это использование государственных ресурсов для поощрения людей за их политическую поддержку. Термин «добыча» здесь относится к оплачиваемым должностям в правительстве США. Как говорится, «победителю», в данном случае новому президенту, «идет добыча». Предполагалось, что правительство будет работать намного эффективнее, если ключевые федеральные посты будут заняты теми, кто уже поддерживает президента и его политику. Эта система служила для обеспечения лояльности партии, связывая средства к существованию верной партии с успехом или неудачей партии.Число федеральных постов, которые президент стремился использовать в качестве надлежащего вознаграждения для своих сторонников, в последующие десятилетия росло.

Вторым событием стала индустриализация, которая в конце девятнадцатого века значительно увеличила как население, так и размер экономики Соединенных Штатов. Эти изменения, в свою очередь, привели к росту городов в ряде мест на Востоке и Среднем Западе. Железные дороги и телеграфные линии сблизили страну и увеличили потенциал федеральной централизации.Правительство и его бюрократия были активно вовлечены в создание концессий и предоставление земли для западных железных дорог, простирающихся через равнины и за пределами Скалистых гор. Эти изменения заложили основу для нормативной базы, возникшей в начале двадцатого века.

Падение политического покровительства

Патронаж имел то преимущество, что заставлял политическую лояльность работать, заставляя правительство реагировать на электорат и поддерживая высокую явку на выборах, потому что на карту было поставлено очень многое.Однако у этой системы был ряд очевидных недостатков. Это была взаимная система. Клиенты, которые хотели занять должности на государственной службе, клялись в своей политической лояльности конкретному покровителю, который затем предоставлял им желаемые должности. Эти договоренности направили власть и ресурсы правительства на увековечение системы вознаграждений. Они заменили систему, которую создавали первые президенты, такие как Томас Джефферсон, в которой интеллектуальная и экономическая элита страны поднялась до высших уровней федеральной бюрократии на основе их относительных заслуг.Критика системы трофеев усилилась, особенно в середине 1870-х годов, после многочисленных скандалов, потрясших администрацию президента Улисса С. Гранта.

Подпись: Именно при президенте Улиссе С. Гранте, показанном на этой гравюре, когда он был приведен к присяге Верховным судьей Сэмюэлем П. Чейзом на его инаугурации в 1873 году (а), неэффективность и возможности для коррупции, заложенные в системе добычи, достигли своего апогея. . Грант был известен своей преданностью своим сторонникам, что в сочетании с послевоенными возможностями для коррупции вызвало скандал в его администрации.Эта политическая карикатура из 1877 (b), почти через полвека после избрания Эндрю Джексона президентом, высмеивает систему добычи, которая была одним из его наследий. В нем он изображен верхом на свинье, которая ходит по «мошенничеству», «взяточничеству», «добыче» и питается «грабежом». (кредит a, b: модификация работы Библиотеки Конгресса)

В 1881 году, после избрания Джеймса Гарфилда, недовольный его бывший сторонник, несостоявшийся адвокат Чарльз Дж. Гито, выстрелил ему в спину. Гито (изображенный на этой карикатуре того времени) убедил себя, что он должен стать послом за свою работу по избранию президента.Убийство пробудило нацию к необходимости реформы государственной службы. (кредит: модификация работы Библиотеки Конгресса)

Поскольку негативные аспекты политического патронажа продолжали заражать бюрократию в конце девятнадцатого века, призывы к реформе государственной службы становились все громче. Те, кто поддерживал систему патронажа, считали свои должности заслуженными; Те, кто осуждал это, утверждали, что необходимо федеральное законодательство для обеспечения присуждения должностей на основе заслуг.В конце концов, после того, как президент Джеймс Гарфилд был убит разочарованным соискателем должности, Конгресс ответил на призывы к реформе Законом Пендлтона, также называемым Законом о реформе государственной службы 1883 года. что практика отбора, удержания и продвижения по службе федеральным правительством основывалась на открытых конкурсных экзаменах по системе заслуг. Принятие этого закона вызвало период социальной активности и политических реформ, который продолжался и в двадцатом веке.

Как активный член и лидер прогрессивного движения, президента Вудро Вильсона часто считают отцом государственного управления США. Уилсон родился в Вирджинии и получил образование в области истории и политологии в Университете Джона Хопкинса. Он стал уважаемым интеллектуалом в своих областях, проявляющим интерес к государственной службе и глубокое чувство морализма. Он был назначен президентом Принстонского университета, стал президентом Американской ассоциации политических наук, был избран губернатором Нью-Джерси и, наконец, был избран двадцать восьмым президентом Соединенных Штатов в 1912 году.

Именно благодаря своему образованию и профессиональному опыту Уилсон начал определять необходимость дисциплины государственного управления. Он чувствовал, что управлять конституционным правительством становится труднее, чем на самом деле его сформировать. Его позиция заключалась в следующем: «Объект административного исследования состоит в том, чтобы, во-первых, обнаружить, что правительство может правильно и успешно делать, а во-вторых, как оно может делать эти правильные вещи с максимальной эффективностью. . . » Уилсон заявил, что, хотя политика действительно ставит задачи перед администрацией, государственное управление должно строиться на науке управления, а политическая наука должна быть связана с методами управления правительствами.Следовательно, административная деятельность не должна сопровождаться политическими манипуляциями.

Уилсон выступал за отделение политики от управления тремя ключевыми способами: сравнительный анализ государственных и частных организаций, повышение эффективности с помощью бизнес-практик и повышение эффективности за счет управления и обучения. Позиция Уилсона заключалась в том, что, хотя политику следует отделять от администрации, администрация не должна оставаться безразличной к общественному мнению. Скорее бюрократия должна действовать энергично, чтобы понимать и ценить общественное мнение.Тем не менее Уилсон признал, что отделение политики от администрации было идеалом, а не обязательно достижимой реальностью.

Бюрократия достигает зрелости

Конец девятнадцатого и начало двадцатого веков были временем большого бюрократического роста в Соединенных Штатах: Комиссия по межгосударственной торговле была создана в 1887 году, Совет Федерального резерва в 1913 году, Федеральная торговая комиссия в 1914 году и Федеральная энергетическая комиссия в 1920 году.

С началом Великой депрессии в 1929 году Соединенные Штаты столкнулись с рекордным уровнем безработицы и связанным с этим падением в нищету, нехваткой продовольствия и общим отчаянием.Когда республиканский президент и Конгресс не были замечены как действующие достаточно агрессивно, чтобы исправить ситуацию, демократы победили на выборах 1932 года с подавляющим большинством голосов. Президент Франклин Д. Рузвельт и Конгресс США быстро реорганизовали усилия правительства по решению проблем в серию программ, направленных на возрождение экономики, стимулирование экономического развития и создание возможностей для трудоустройства. В 1930-х годах федеральная бюрократия выросла с добавлением Федеральной корпорации страхования вкладов для защиты и регулирования U.S.banking, Национальный совет по трудовым отношениям для регулирования отношения компаний к своим работникам, Комиссия по ценным бумагам и биржам для регулирования фондового рынка и Совет по гражданской авиации для регулирования авиаперелетов. Дополнительные программы и учреждения появились при Администрации социального обеспечения в 1935 году, а затем, во время Второй мировой войны, при различных советах и ​​агентствах военного времени. К 1940 году в федеральной бюрократии было занято около 700000 американских рабочих. При президенте Линдоне Б.Джонсона в 1960-х годах это число достигло 2,2 миллиона, а федеральный бюджет увеличился до 332 миллиардов долларов. Этот рост явился результатом того, что Джонсон назвал своей программой Великого общества, направленной на использование власти правительства для облегчения страданий и достижения общественного блага. Закон об экономических возможностях 1964 года был разработан, чтобы помочь покончить с бедностью путем создания Корпуса рабочих мест и Корпуса молодежи по соседству. Добровольцы на службе Америки были разновидностью внутреннего Корпуса мира, призванного облегчить последствия бедности.Джонсон также направил больше средств на государственное образование, создал Medicare как национальную программу страхования пожилых людей и повысил стандарты для потребительских товаров.

Все эти новые программы требовали бюрократов для их выполнения, и национальная бюрократия, естественно, раздувалась. Его размер стал сплачивающим призывом консерваторов, которые в конечном итоге избрали президентом Рональда Рейгана с явной целью сокращения бюрократии. Хотя Рейган смог работать с Конгрессом над сокращением некоторых аспектов федеральной бюрократии, он внес свой вклад в ее расширение и другими способами, особенно в своих усилиях по борьбе с холодной войной.Например, Рейган и Конгресс резко увеличили оборонный бюджет в течение 1980-х годов.

«Девять самых устрашающих слов английского языка»

Два периода усиленного бюрократического роста в Соединенных Штатах, 1930-е и 1960-е, привели к гораздо большему, чем просто увеличение размера правительства. Они изменили политику таким образом, что и сегодня продолжают формировать политические дебаты. Хотя бюрократия, созданная в эти два периода, служила важным целям, многие в то время и даже сейчас утверждают, что расширение сопровождалось неприемлемыми издержками, особенно экономическими.Распространенный аргумент о том, что бюрократическое регулирование душит капиталистические инновации, был особенно силен в условиях холодной войны 1960-х, 70-х и 80-х годов. Но до тех пор, пока избиратели чувствовали, что они извлекают выгоду из бюрократической экспансии, как обычно, политические ветры поддерживали дальнейший рост.

Как видно на этой фотографии 1976 года, президент Рональд Рейган часто и намеренно носил повседневную одежду, чтобы символизировать свою удаленность от правительственной машины, которую он любил критиковать.(кредит: Библиотека Рональда Рейгана)

Однако в 1970-е годы экономика Германии и Японии была процветающей, и они могли конкурировать с промышленностью США. Эта конкуренция в сочетании с технологическим прогрессом и началом компьютеризации начала подрывать американское процветание. Фабрики начали закрываться, зарплаты стагнировали, инфляция росла, и будущее казалось немного менее радужным. В этой среде работники, платящие налоги, с меньшей вероятностью будут поддерживать щедрые программы социального обеспечения, призванные положить конец бедности.Они чувствовали, что эти бюрократические программы усугубляют их страдания, чтобы поддержать неизвестных других.

В своей первой и неудачной президентской кампании в 1976 году Рональд Рейган, опытный политик и губернатор Калифорнии, подогревал беспокойство рабочего класса, направляя недовольство избирателей на бюрократического дракона, которого он предлагал убить. Когда он снова баллотировался четыре года спустя, его критика бюрократических расходов в Вашингтоне привела его к убедительной победе. Хотя остается спорным вопрос о том, действительно ли Рейган сократил размер правительства, он продолжал использовать риторику о бюрократических растратах для получения больших политических преимуществ.Даже в 1986 году он продолжал ругать вашингтонскую бюрократию, однажды заявив, как известно, «девять самых ужасных слов в английском языке: я из правительства и здесь, чтобы помочь».

Почему люди могут более сочувствовать бюрократическому росту в периоды процветания? Каким образом современные политики продолжают разжигать народную вражду против бюрократии в политических целях? Это эффективно? Почему или почему нет?

Сводка

В постджексоновскую эпоху девятнадцатого века бюрократию обвиняли в чрезмерной политической и коррумпированности.Ситуация изменилась в 1880-х годах, когда Соединенные Штаты начали создавать современную государственную службу. Государственная служба снова выросла в администрации Франклина Д. Рузвельта, поскольку он расширил правительственные программы по борьбе с последствиями Великой депрессии. Самая последняя критика федеральной бюрократии, особенно при Рональде Рейгане, возникла после второго большого расширения федерального правительства при Линдоне Б. Джонсоне в 1960-х годах.

Практические вопросы

1. Кратко объясните основную причину появления системы трофеев.

Показать глоссарий

бюрократия административная группа невыборных должностных лиц, отвечающая за выполнение функций, связанных с рядом политик и программ

бюрократии государственные служащие или политические назначенцы, которые занимают невыборные должности в правительстве и составляют бюрократию

государственных служащих — лица, занимающие невыборные должности в правительстве и составляющие бюрократию; также известные как бюрократы

система заслуг система заполнения государственных должностей с использованием конкурсных экзаменов для оценки опыта и компетентности выше политической лояльности

покровительствовать использованию государственных должностей для поощрения людей за их политическую поддержку

государственное управление реализация государственной политики, а также академическое исследование, которое готовит государственных служащих к работе в правительстве

портит систему Система, которая награждает политическую лояльность или поддержку партии во время выборов бюрократическими назначениями после победы


Немецкие региональные административные элиты, новое государственное управление и роль государства в экономике

1
Новая риторика трансформации государственного управления (НПМ) неизбежно пропитала наши представления об административных реформах.Их влияние на структуры государственных услуг было предметом жарких споров и бесчисленных исследований [1]. Однако существует ли существенная связь между реформами НПМ и, в частности, их стремлением к приватизации государственных услуг и выведению государства из экономики, с одной стороны, и изменением ценностей административной элиты, с другой стороны, редко. — если вообще — расследовались. Поэтому основной исследовательский интерес данной статьи заключается в том, можно ли обнаружить какую-либо связь между НПМ и вопросом о том, какую роль государство должно играть в экономике с точки зрения административных элит.Более конкретно, мы эмпирически сосредотачиваемся на немецких административных элитах на региональном уровне (т.е. уровне штата или «земель»), где было реализовано значительно больше изменений, вызванных НПМ, чем на федеральном уровне. Мы анализируем предпочтения этих элит в отношении роли государства в рыночном вмешательстве. Мы задаем два типа вопросов. Какие закономерности мы обнаружим, если сравним отношение немцев с настроениями других европейских административных элит? И чем объясняется особая смесь предпочтений немецкой административной элиты в отношении роли государства на рынке?

2
Хотя может быть много интересных изображений современного управления, которыми владеют административные элиты, которые стоит изучить в качестве индикаторов их поведения, мы утверждаем, что отношение элит к роли государства в экономике представляет собой «решающий случай» (Gerring, 2007). .Если культурные изменения, которые, как предполагается, должны быть вызваны движением НПМ, не влияют на предпочтения бюрократов в отношении государственного вмешательства в экономику (последнее является, если не основным элементом, лежащей в основе идеологии НПМ реформы государственного сектора), то любые другие Связь между движением за реформы и индивидуальным изменением отношения среди тех, кто осуществляет и сохраняет результаты реформ в своей повседневной профессиональной жизни, становится еще более неправдоподобной.

3
Исходя из этого, работа продолжается следующим образом.В следующем разделе мы кратко рассмотрим существующую литературу по немецким административным элитам. Мы определяем темы и сообщаем об общих выводах, но, как мы покажем, до сих пор ни одно систематическое исследование не анализировало региональные административные элиты администраций земель Германии. Затем мы знакомим читателя с нашей базой данных, которая обеспечивает не только общую основу, но и эмпирическую основу для этой статьи. Два основных раздела посвящены предпочтениям немецкой региональной элиты: во-первых, с международной сравнительной точки зрения и, во-вторых, с целью использования четырех возможных объяснений индивидуальных убеждений немецких региональных бюрократов (региональных чиновников).Среди прочего, мы находим доказательства связи между НПМ и предпочтениями административных элит в области управления свободным рынком. Удивительно, однако, что среди предшественников НПМ региональные власти в среднем менее заинтересованы в свободном рынке, чем в странах, отстающих от НПМ. Между тем, на индивидуальном уровне посткоммунистическое прошлое (то есть происходящее из Восточной Германии) и определенные образовательные пути (в области права и экономики) увеличивают предпочтение моделей свободного рынка.

4
Наши выводы трояки.Во-первых, влияние реформ НПМ на предпочтения бюрократов оказывается слабее, чем ожидалось, но также противоречит нашим ожиданиям. Следуя принципу «трава всегда зеленее по ту сторону забора», отсутствие реформ НПМ — в среднем — связано с большим стремлением к рыночным решениям, в то время как более глубокие реформы НПМ, как правило, вызывают предпочтение государственного вмешательства. . Во-вторых, индикаторы экономического цикла показывают, что во время кризиса регионы больше верят в государство, чем в рынок.Наконец, на индивидуальном уровне социализация в раннем возрасте, по-видимому, формирует предпочтения немецких регионов. Они связаны с посткоммунистическим прошлым и конкретными образовательными путями. Однако мы не находим никаких доказательств, подтверждающих гипотезу о влиянии поколений.

5
Сегодня в немецких властях работает около 4,6 миллиона государственных служащих. Из них 370 000 управляют программами социального обеспечения в специализированных агентствах, 520 000 работают в федеральных министерствах [2] и 1,3 миллиона работают в местных администрациях.Наибольшая часть — 2,3 миллиона — работают на шестнадцать государственных администраций Германии, что отражает тот факт, что большая часть немецкого законодательства реализуется на этом уровне [3]. В 2012 году соотношение между 1000 немецких жителей и государственных служащих составляло 57,4 (по сравнению с 84,2 после слияния сильно перегруженной государственной службы бывшей Германской Демократической Республики с «öffentlicher Dienst» «старых» Федеративных республик в 1990 году) [4] . Со временем выясняется, что на государственной службе Германии становится все больше женщин, доля работающих неполный рабочий день постоянно растет, а количество синих воротничков сокращается, а количество белых воротничков растет (явление, называемое «Веределунг» или «облагораживание» государственной службы).Выпускники юридической профессии по-прежнему составляют единственную самую многочисленную группу, и структура постоянной карьеры остается «нормальным» путем для профессионального роста (государственные служащие обычно поступают сразу после окончания университета и остаются до выхода на пенсию), в то время как боковой прием на работу все еще относительно редок. Кто считается «административной элитой» — вопрос определения. Понятие «административная элита» обычно относится к высшим менеджерам министерств, координационных или экспертных органов, т.е.е., верхний слой высшего звена государственной службы [5]. Учитывая, насколько сильно изменилось немецкое общество за последние десятилетия, характеристики административной элиты — в отличие от характеристик государственной службы как таковой — по-прежнему выглядят довольно «консервативными». Член немецкой административной элиты, скорее всего, будет мужчиной, получившим образование на юриста, и потомком семьи с традициями работы на государство, т. Е. Проявляющим именно те черты, которые все еще характеризовали «нормальную» немецкую государственную службу. в целом одно поколение назад.Таким образом, Дерлен считает, что федеральная административная элита характеризуется большой преемственностью (например, небольшая межсекторальная или даже межведомственная мобильность в продвижении по службе) и находится в промежуточном положении с точки зрения их профессионального «нейтралитета» между службами Соединенного Королевства и США. (Дерлиен, 2003). Напротив, в более позднем исследовании (Ebinger and Jochheim, 2009) наблюдается тенденция к большей (боковой) мобильности и уменьшению приверженности профессиональному стандарту безоговорочной лояльности нынешнему правительству.Иными словами, картина преемственности и консерватизма, кажется, меняется на грани.

6
В центре эмпирических исследований немецкой (читай: федеральной) административной элиты находятся отношения между высшими бюрократами и политиками (см. Rouban, 2003). Главный стандарт этого обсуждения был установлен Абербахом, Рокманом и Патнэмом (1981), которые исследовали «гипотезу гибридизации», то есть, что политики и высшие бюрократы все больше сходятся в своей роли.Их исследование также охватывало выборку высокопоставленных немецких бюрократов. Повторяя и развивая стандарт гибридизации, Ренате Майнц и Ханс-Ульрих Дерлиен сформировали дискуссию о немецкой административной элите в ряде публикаций (Mayntz and Scharpf, 1975; Mayntz, 1978; Derlien and Mayntz, 1989, 1991; Derlien, 1990). , 1991, 2000, 2003; Derlien, Peters, 1998). Размытая граница между самовоспринимаемой сферой бюрократии и сферой политики, ожидаемая теорией гибридизации, однако, никогда не наблюдалась в Германии в значительной степени.До сегодняшнего дня (Schwanke and Ebinger, 2006; Ebinger and Jochheim, 2009) у бюрократов всегда было четкое понимание того, что их роль зиждется на опыте и управлении, а не на ценностно-ориентированных и перераспределяющих политических решениях, как считалось быть прерогативой политиков. Что колеблется во времени — или, точнее, между немногими и, к сожалению, довольно небольшими выборками данных опросов, собранных среди высших немецких бюрократов, — так это разброс партийной принадлежности (все выше в 1970-х и 1980-х годах, падение после объединения и увеличение в 2000-х годах). ) с одной стороны; и, с другой стороны, модель того, что было определено как функциональная политизация (Mayntz and Derlien, 1989).Функциональную политизацию, которую можно также назвать профессиональной политизацией, следует понимать как степень реагирования бюрократов снизу вверх на политические требования их работы. Предполагается, что официальные лица пытаются предвидеть политическую позицию тех, кому они служат, главным образом для того, чтобы повысить свою личную карьеру (см. Также Schwanke and Ebinger, 2006; Bauer and Ege, 2012). Майнц и Дерлиен обнаружили устойчивые и сильные модели функциональной политизации, формирующие немецкую административную элиту, в то время как Эбингер и Йоххайм (2009) обнаруживают «нарушение» в этом фундаментальном понимании роли бюрократов по отношению к новому самоуверенному «мандариновому» отношению высших бюрократов.Это, по-видимому, указывает на то, что приверженность высокопоставленных бюрократов политике нового правительства ослабевает, если новая политика идет вразрез с их индивидуальными убеждениями (техническими, а не нормативными) (Ebinger and Jochheim, 2009, 338).

7
Наконец, важно упомянуть две вещи. Во-первых, классический стандарт гибридизации (и его варианты), похоже, исчерпал свои возможности с точки зрения своей способности (и привлекательности) теоретически направлять современные эмпирические исследования административных элит.В конце концов, теоретическая концепция вопросов для собеседований, разработанная четыре десятилетия назад и использующая дуализм между политикой и администрацией, иногда ошибочно приписываемым идеалу Вебера — типичным концептуальным представлениям, — выглядит несколько устаревшей. Возникает неприятное ощущение, что стандарт гибридизации все еще используется в основном потому, что отдельные исследовательские проекты опросов нуждаются в эталонном тесте, чтобы сравнить их результаты с «чем-то». Стремление воссоединить эмпирические исследования административной элиты с текущими теоретическими идеями, таким образом, привело ученых к разработке различных стратегий, часто разработанных или сформулированных как «образы управления» (см. Hooghe, 2001; Kassim et al., 2013; Бауэр и Эге, 2012). Во-вторых, что не менее важно для данной статьи, это отсутствие исследований региональных административных элит, поскольку подавляющее большинство эмпирических исследований сосредоточено исключительно на федеральном уровне власти [6]. Хотя министерские чиновники земель играют важную роль в политической системе федеративной республики (Manow, 2005) и принимают непосредственное участие в разработке федерального законодательства через Бундесрат, они до сих пор практически игнорировались.Именно этот разрыв между практической важностью и недостатком знаний о немецких региональных административных элитах мы и намеревались сократить в оставшейся части этой статьи.

8
Мы опросили региональные административные элиты в ЕС, чтобы узнать об их предпочтениях в области управления и социально-демографическом фоне. Было проведено более 700 телефонных интервью, в среднем около двенадцати элитных бюрократов в каждом регионе. Интервью проводили носители языка.

9
Мы выбрали Германию, Францию, Испанию, Швецию, Италию, Австрию, Нидерланды, Чешскую Республику, Польшу, Румынию и Венгрию, чтобы максимизировать различия с точки зрения различных волн присоединения и географического распределения. В каждой стране были отобраны регионы для формирования репрезентативной выборки, за исключением Германии, где были обследованы все земли (кроме города-государства Гамбург) [7]. Лица были случайным образом выбраны из целевой группы, которая была определена как элитные государственные служащие с политической ответственностью.Мы используем эти данные двумя способами: во-первых, путем их агрегирования на уровне страны, чтобы исследовать межнациональные модели; во-вторых, сосредоточив внимание только на Германии, чтобы изучить детерминанты региональных предпочтений на индивидуальном уровне.

10
Отображение взглядов, ценностей и понимания роли административных элит — это стратегия, которая широко используется при анализе государственного управления. Основное предположение состоит в том, что убеждения и идеи государственных служащих являются предикторами их реального поведения.На агрегированном уровне данные об отношениях могут служить для характеристики различий и сходств между подразделениями или системами государственной службы. На графике ниже показаны такие агрегированные результаты. В нем указаны ответы на вопрос: «Что касается экономической политики, некоторые хотели бы, чтобы правительства активно вмешивались в вопросы экономической политики. Другие предпочли бы полагаться на силы свободного рынка. Где бы вы поместили свое собственное видение экономической политики в диапазоне от 0 (большая роль правительства) до 10 (большая роль рынка).”

Примечания: на рисунке показаны средние по стране предпочтения регионов, где большая роль правительства = 0, а большая роль свободного рынка = 10.

11
Есть важные причины для выбора этого вопроса в качестве центрального пункта для сравнения различных политических предпочтений административных элит в Европе. Во-первых, в сравнительных исследованиях элит существует давняя традиция изучения убеждений бюрократов об отношениях государства с рынком.В 1970-е годы модным словом в период расширения государства всеобщего благосостояния было «планирование политики». Позже, после поворота идеологической волны от кейнсианства к неолиберализму, «государственный интервенционизм» стал рассматриваться как синоним чрезмерной и ошибочной бюрократической деятельности — отношение бюрократов к этим концепциям было интенсивно изучено (Derlien, 2003: 411f). .). В последнем смысле отношение к роли государства (и, следовательно, бюрократии) в управлении экономикой стало решающим элементом движения за реформу НПМ, которое, в частности (хотя и с разной степенью жесткости в разных странах), стремилось «откатить государство назад» с помощью помощь, среди прочего, стратегии приватизации и аутсорсинга.Рыночные решения считались лучшими, а практика частного управления рассматривалась как модель также для государственного управления (Christiansen and Laegreid, 2001). Из-за ценностной нагрузки видения госслужащими роли государства в экономике, немногие другие возможные варианты предпочтений в сфере управления могут быть столь же полезны в качестве точки обзора для сравнения.

12
Что показывает рисунок 1? Появляются три кластера. Во-первых, Испания и Франция с относительно низкими значениями (3,26 и 3,52 соответственно), во-вторых, Польша и Румыния с очень высокими значениями (6.73 и 6,76) и, в-третьих, средняя группа с промежуточными значениями, включая Венгрию на нижнем уровне (4,32) и Чешскую Республику на верхнем уровне (5,58). Эта промежуточная группа колеблется вокруг среднего показателя группы (5,06), расположенного точно в центре 11-балльной шкалы (значения от 0 до 10) с Германией, набравшей 5,56, расположенной в верхнем конце промежуточной группы.

13
В целом, региональные административные элиты в одиннадцати странах, которые мы исследовали, как правило, находятся в центре континуума государственного вмешательства / свободного рынка, стремясь к сбалансированному сочетанию свободного рынка и государственного вмешательства.Следовательно, немецкие регионы объединяются в промежуточную группу, состоящую из Венгрии, Швеции, Италии, Австрии, Нидерландов и Чехии. Польские и румынские регионы производят впечатление более рыночных, в то время как административные элиты Испании и Франции предпочли бы более активное вмешательство государства в управление экономикой. Хотя Польша и Румыния являются новыми членами ЕС из Восточной Европы с коммунистическим наследием, а Испания и Франция принадлежат к западной группе ЕС 15, очевидную закономерность обнаружить трудно.Венгрия и Чехия явно не объединяются с Польшей и Румынией (хотя все они являются посткоммунистическими государствами), равно как и Италия или Германия не объединяются с Испанией и Францией (хотя они принадлежат к немецко-наполеоновской континентальной административной традиции).

14
Действительно, как показано в таблице корреляции ниже, мы не находим никакой связи между, с одной стороны, принадлежностью бюрократов к определенной традиции государственного управления (Mayer and Hammerschmid, 2010), «веберианностью» их бюрократии (Demmke and Moilanen, 2010) или предпочитаемую академическую дисциплину в качестве основы их программ обучения государственному управлению (т.д., независимо от того, получают ли государственные служащие традиционную подготовку в качестве юристов, экономистов или изучающих философские академические дисциплины, см. Gyögery, 2003; Bogumil, Ebinger and Jochheim, 2012) и, с другой стороны, предпочтение региональными властями большей роли своего государства в экономической политике.

Примечания: парные коэффициенты корреляции между переменными полной модели
p? Значение в скобках
*** p? 0,01; ** p? 0,05; * п ? 0,10; † p <0,15 (двусторонний)

15
Если предпочтения региократов в отношении свободного рынка кажутся не связанными с административными традициями, веберианством бюрократии или характером образовательных программ государственного управления в их стране, какие еще контекстуальные факторы могут формировать их предпочтения? Наши данные дают некоторые предварительные выводы, поскольку ряд других факторов, по-видимому, оказывает более сильное влияние, чем вышеупомянутые особенности соответствующих административных систем (Bauer and Trondal, 2014).Мы представляем эти отношения в таблице 2.

16
Мы обнаружили, что два контекстных фактора, по-видимому, увеличивают предпочтение бюрократов большему свободному рынку. Во-первых, это страна, отстающая от Нового государственного управления (НПМ). Используя данные из различных источников (Bouckaert et al., 2009; Ongaro, 2009; Pollitt and Bouckaert, 2004, 2011), типология, классифицирующая страны от предшественников НПМ (0) до отстающих (4), показывает, что в среднем больше страна отстает в реформах НПМ, тем больше ее регионы отдают предпочтение большей роли свободного рынка.Эти отношения можно интерпретировать по-разному. Вполне может быть, что в предшественниках НПМ, таких как Нидерланды или Швеция, региократы считают, что идеология свободного рынка уже играет достаточно значительную роль, что ослабляет требования к ней, чтобы она играла еще большую роль. Между тем, региональные власти в отстающих странах будут стремиться к более широким реформам свободного рынка, чтобы скорректировать предвзятость в сторону чрезмерного этатизма. Другая возможная интерпретация состоит в том, что предшественники НПМ, имеющие непосредственный опыт, могут быть разочарованы идеологией свободного рынка, в то время как отстающие могут по-прежнему питать положительное предубеждение в отношении таких реформ.Следуя поговорке о том, что трава по соседству всегда зеленее, может показаться, что региональные жители отдают предпочтение тому, чего у них меньше: после того, как реформы НПМ будут реализованы, они желают большей роли правительства, но когда им еще предстоит проводят реформы НПМ, они, кажется, жаждут большего свободного рынка. Однако общий вывод заключается в том, что если реализация реформ НПМ каким-либо образом влияет на предпочтения регионов, это имеет тенденцию уменьшать их желание применять принципы свободного рынка.

17
Второй контекстуальный фактор, увеличивающий предпочтения регионов в пользу большего свободного рынка, — это централизация, измеряемая от федеральных / квазифедеральных государственных структур (0) до полностью унитарных (2) (см. Demmke and Moilanen, 2010). Большая централизация, по-видимому, побуждает регионы рассматривать свободный рынок как желательный при разработке экономической политики, в то время как представители более децентрализованных или даже федеральных систем отдают предпочтение государственному участию. Это может быть отражением стремления региональных властей противостоять централизации с помощью свободного рынка в унитарных государствах, в то время как представители федеральных систем могут рассматривать участие правительства как менее деспотичное, чем их коллеги в более централизованных системах.

18
Пять оставшихся факторов уменьшают предпочтение более свободного рынка. Первый из них — это процент государственных служащих, занимающих постоянные должности, согласно определению Деммке (2006, 2012). Похоже, что в странах с большей долей штатных государственных служащих региональные власти меньше верят в рыночную логику. Между тем в странах, где государственные служащие обычно не занимают постоянных должностей, региональные власти больше верят в возможности рынка, чем правительства.Это может быть отражением процессов социализации. Не привыкшие к государственнической модели в самом государственном управлении, региональные власти могут также быть незнакомы с концепцией более широкого участия правительства. Точно так же более крупный государственный сектор в составе активной рабочей силы (OECD, 2013), кажется, вселяет большее доверие к участию правительства и больший скептицизм в отношении логики свободного рынка. Эти предпочтения хорошо отражаются на государственной занятости, поскольку у государственных служащих, похоже, нет аллергической реакции на более активное участие государства, даже если оно уже составляет более двадцати процентов активной рабочей силы, как это имеет место в Венгрии, Франции или Швеции.Следовательно, в то время как реформы НПМ заставляют государственных служащих делать больший упор на логику свободного рынка, более сильное присутствие государства за счет увеличения доли занятости на рынке труда вызывает более сильные предпочтения в отношении участия государства. Вполне возможно, что это отражает уверенность в том, что государство способно решать проблемы управления (из-за своего размера на рынке труда). Правительства, использующие меньшую часть рабочей силы, вполне могут восприниматься как неспособные эффективно управлять сложными экономическими проблемами, что вызывает более сильное предпочтение применения решений свободного рынка.

Примечания: парные коэффициенты корреляции между переменными полной модели
p значение в скобках
*** p? 0,01; ** p? 0,05; * п ? 0,10; † p <0,15 (двусторонний)

19
Возможно, что неудивительно, и следуя той же логике, что и выше, по мере роста эффективности правительства (World Bank, 2013) растет и вера в то, что участие государства предпочтительнее логики свободного рынка. Действительно, кажется логичным, что региональные власти, работающие в среде, характеризующейся низкой эффективностью государственного управления, могут считать силы свободного рынка более привлекательными, чем правительственные.Опять же, когда правительство эффективно, государственные служащие не чувствуют особого интереса к рыночным решениям проблем управления. Государственный долг тоже, похоже, не удерживает региональных бюрократов от желания меньше свободного рынка и большего участия государства. Напротив: чем меньше государственный долг, тем больше веры в рыночные решения. Это вполне может отражать доминирующую идеологию государственного устройства, где дискурсы в пользу более низких уровней государственной задолженности, как правило, идут рука об руку с дискурсами, защищающими большую веру в политику, вдохновленную рынком.Безработица (Евростат, 2012), однако, является сильнейшим коррелятом поддержки более активного участия правительства (и отсутствия веры в рыночные решения). Когда в экономике дела идут хорошо, а безработица снижается, бюрократы с большей вероятностью отдают предпочтение свободному рынку. Однако во время экономического кризиса и высокого уровня безработицы государственные служащие мало верят в свободный рынок.

20
В целом, кажется, что реализация реформ НПМ в основном имеет тенденцию ослаблять предпочтения бюрократов в отношении рыночных решений.Интересно, что то же самое можно сказать и об эффективности правительства. Чем эффективнее правительство, тем слабее предпочтение в зависимости от логики свободного рынка. Хотя реформы НПМ медленно, но верно распространяются в странах ЕС, а это означает, что эффективность правительства, мы надеемся, также вырастет, можно ожидать, что региональные бюрократы будут все больше обращаться к правительству, а не рынку, чтобы регулировать экономику; тем более что европейские страны продолжают децентрализоваться. Однако преобладающая идеология сокращения государственного долга, борьбы с безработицей, сокращения размера государственной службы и продолжительности трудовых договоров — все это способствует тому, что бюрократы больше доверяют рынку, чем правительству.

21
Взаимоотношения, проанализированные в предыдущем разделе, безусловно, поучительно показывают, как различные обстоятельства, кажется, побуждают регионы повернуться либо к рынку, либо к государству для управления экономикой. Однако такой совокупный анализ может только информировать нас о влиянии контекста на индивидуальные предпочтения. Помимо этих контекстных факторов, мы считаем, что ряд индивидуальных факторов также может играть роль в определении предпочтений регионов, при этом контекстные факторы остаются неизменными.Вот почему на втором этапе мы фокусируем наш анализ на влиянии характеристик индивидуального уровня, которые, как мы надеемся, прольют больший свет на то, почему некоторые бюрократы, кажется, проявляют большее доверие к рыночным силам, а другие предпочитают обращаться к правительству. Чтобы поддерживать постоянные контекстные переменные, мы сосредотачиваем наш анализ только на немецких регионах.

22
Мы собрали информацию о 205 немецких регионах. Эти элитные региональные государственные служащие равномерно распределены по пятнадцати из шестнадцати земель Германии, в среднем 13.Проведено 7 интервью на каждую Земельную администрацию. Типичный немецкий региональный крат набирает 5,56 балла по континууму государственного вмешательства / свободного рынка, следовательно, выше центрального значения 5. Таким образом, немецкие региональные власти, вместо того, чтобы предпочитать идеально сбалансированное сочетание динамики свободного рынка и государственности, имеют очень небольшое предпочтение свободному рынку.

23
Типичный немецкий регент родился примерно в 1957 году, с вероятностью 75% быть мужчиной, а не женщиной, и с вероятностью 28% иметь родителей, которые уже работали в государственной администрации.38% наших интервьюируемых проживают в Восточной Германии. 14% имеют степень в области экономики, 42% — в области права / управления, 23% — в области естественных / инженерных наук и 21% — в области искусства и социальных наук. Решая присоединиться к региональной администрации, 54% были мотивированы сохранением работы, а 89% присоединились к «желанию участвовать в развитии региона». Безработица в регионе государственных служащих колеблется от 3,3% (Бавария) до 11,9% (Берлин) при среднем уровне 7% [8].

24
С учетом структурных и экономических различий в нашем анализе по одной стране, какие факторы могут объяснить предпочтения отдельных лиц в отношении свободных рыночных решений во времена экономических кризисов? Первый набор факторов связан с демографическими характеристиками.Предполагается, что пол играет роль. Женщин часто считают более левыми и менее сторонниками конкуренции (Hofstede, 1984). Однако несколько десятилетий усилий по модернизации государственного сектора могли наложить свой отпечаток на поколения государственных служащих. Поколение, которое выросло в золотые годы государства всеобщего благосостояния и поэтому, вероятно, раньше оптимистично оценивало способность государства управлять экономическим развитием, сейчас на пенсии. Его прямые последователи пережили экономические кризисы 1970-х и 1980-х годов и могли быть сформированы неолиберальной интеллектуальной средой, видящей решения в «откате государства» и, в частности, в сворачивании государственной бюрократии как панацеи от многих недугов государства. общества в целом и вялого экономического роста в частности (Niskanen, 1971; Osborne, Gaebler, 1992; Hood, 1991).Новые поколения, в частности в Германии, возможно, стали свидетелями разрушительного воздействия «простых» либеральных решений на экономику бывшей Германской Демократической Республики (Seibel, 2010), или они могут интерпретировать недавний финансовый кризис как следствие чрезмерной либерализации. рынки. Таким образом, можно ожидать «эффекта поколений»: чем старше региональный гражданин, тем больше он / она поддерживает рыночные решения (гипотеза 1). Однако женщины — исходя из культурных теоретических соображений (Hofstede, 1998) — более склонны, чем мужчины, придерживаться противоположной точки зрения (гипотеза 2), поскольку считается, что они меньше ценят конкурентные и агрессивные стратегии управления, чем их коллеги-мужчины.

25
Другое объяснение индивидуального отношения обычно наблюдается в социализации или групповой динамике (Van Maanen, Eastin, and Schein, 1977; Hooghe, 2001). Можно провести различие между средой ранней жизни и самостоятельно выбранным образовательным путем, который люди выбирают в молодом возрасте. Например, бюрократы, родители которых работали или работают в государственной администрации, могут иметь большее уважение к государству, чем к рынку (гипотеза 3). Другим очевидным фактором для нашей выборки является то, является ли человек из бывшей восточной части Германии.Жизнь в Восточной Германии может спровоцировать стремление к большей дозе экономического либерализма. Годы, проведенные на восточной стороне железного занавеса, возможно, вызвали отвращение к государственнической идеологии из-за стойкого посткоммунистического наследия (гипотеза 4).

26
Профессиональное обучение — еще один частный случай социализации молодых людей (Hooghe, 2005). Выпускники академических дисциплин, таких как право и социальные науки, особенно по сравнению с выпускниками экономических дисциплин, предположительно больше поддерживают сильное государство, чем свободный рынок (гипотеза 5).Наконец, есть определенные особенности государственной службы, которые привлекают людей к поиску карьеры бюрократов. В этом наборе факторов можно найти утилитарные соображения (стабильная работа) и альтруистические соображения (Perry and Wise, 1990). Например, бюрократы могли присоединиться к региональной администрации, потому что они хотели участвовать в развитии своего региона, в то время как другие могли быть мотивированы более эгоистическими соображениями, такими как перспектива большей гарантии занятости.Можно было бы ожидать, что утилитарные люди больше отдают предпочтение свободному рынку (гипотеза 6), в то время как альтруистические государственные служащие предпочитают большее участие государства (гипотеза 7).

27
Мы запускаем наш блок анализа, проверяя каждый пояснительный блок отдельно, а затем одновременно в окончательной модели. Поскольку мы включаем две ковариаты регионального уровня (т. Е. Уровень безработицы в регионе и находится ли человек в Восточной Германии), мы строим многоуровневую модель, в которой мы определяем людей как наблюдения нижнего уровня, а регионы как группу верхнего уровня.Это позволяет нам контролировать региональную кластеризацию бюрократов и включать безработицу и манекен Восток / Запад.

28
Что касается демографических характеристик, ни одна из наших переменных не имеет значения. Более поздний год рождения фактически связан с более высоким предпочтением свободного рынка, в то время как региональные женщины демонстрируют чуть более сильные проправительственные предпочтения, чем их коллеги-мужчины. Однако эти две переменные имеют лишь слабое и незначительное влияние на предпочтения регионов, и поэтому доказательства связи слишком слабы, чтобы делать какие-либо значимые выводы.

29
Что касается социализации в раннем возрасте, мы видим, что наличие родителей, которые работали (или все еще работают) в государственной администрации, вряд ли влияет на предпочтения регионов, но когда это так, это имеет тенденцию увеличивать предпочтение свободного рынка. Однако эффект слабый и незначительный. Однако принадлежность к восточногерманской земле сильно и во многом связана с предпочтением решений свободного рынка. Это может быть вызвано желанием ощутить еще большую дозу либерализма после многих лет, проведенных на восточной стороне железного занавеса, и отвращением к государственнической идеологии из-за стойкого посткоммунистического наследия.Эффект сильный и стабильный для разных моделей и всегда значительный.

30
Профессиональная социализация в экономике — в соответствии с нашими ожиданиями — очень сильно и в значительной степени связана с предпочтением рыночных решений проблем экономического управления (гуманитарное / социальное образование здесь используется в качестве эталонной категории). Однако еще более примечательно то, что образование в области права и управления также сильно и во многом связано с предпочтением свободного рынка.Стабильность и сила этой ассоциации, хотя и менее выраженной, чем в случае экономистов, стали неожиданностью. Как и ожидалось, образование в области естественных наук / инженерии не обнаруживает какой-либо значимой связи с зависимой переменной.

31
Мотивация для входа в региональную администрацию (как показатель того, как утилитаризм соотносится с экономическим либерализмом), похоже, не играет роли. Кажется, что ни одна из переменных не связана с предпочтениями относительно роли свободного рынка по сравнению с ролью государства.Бюрократы, присоединяющиеся из-за ожидаемых гарантий занятости, выступают за вмешательство государства, но ассоциация, хотя и относительно сильна, не может достичь традиционно приемлемого уровня значимости. Удивительно, но существует небольшая связь между предпочтениями в пользу более активного участия правительства и присоединением к региональной администрации, чтобы иметь значение для развития региона. Хотя некоторые регионалы присоединяются к администрации из-за желания изменить ситуацию к лучшему в своем регионе, похоже, они остаются открытыми в отношении того, будет ли это достигнуто за счет более активного государственного вмешательства или полагаясь на логику свободного рынка.Это говорит о том, что, хотя некоторые бюрократы вошли в профессию из-за довольно утилитарных мотивов (например, гарантия занятости), а другие из-за более идеологических (например, чтобы изменить ситуацию), эти мотивации остаются в значительной степени не связанными с экономическим либерализмом.

Примечания: Двухуровневая модель предпочтения регионами большей роли правительства (0) по сравнению с большей ролью свободного рынка (10) в экономической политике. Нестандартизированные оценки максимального правдоподобия. Стандартные ошибки в скобках.*** п ? .01; ** п ? .05; * п ? .10 (двусторонний).
PA = Государственное управление; Естественные науки = естественные науки; инженерия d. = степень инженера; Нет интереса к dev. региона = нет интереса к участию в развитии региона.

32
В целом, факторы, которые, по-видимому, лучше всего объясняют предпочтения региональных жителей в отношении решений свободного рынка, — это контекст (проживание в Восточной Германии) и профессиональная социализация (в области экономики или права). Нет доказательств «эффекта поколений», i.е., можно было обнаружить, что более старые регионы будут выступать против идеалов свободного рынка или продвигать их. В этом смысле у сторонников НПМ есть восприимчивая аудитория в немецких регионах, особенно среди тех, кто получил образование в области экономики, права или государственного управления или работает в Восточной Германии — и это независимо от возраста, пола или причины, по которой эти бюрократы присоединились областная администрация в первую очередь.

33
* * *

34
В этой статье мы проанализировали видение немецких регионов относительно экономической политики и того, предпочитают ли они большую роль правительства или рынка.В частности, мы хотели выяснить, существует ли связь между таким предпочтением правительственных решений по сравнению с рыночными решениями и движением за реформу нового государственного управления, которое изменило административные системы во всем мире за последние двадцать пять лет. Насколько нам известно, наш набор данных, охватывающий 205 Германии и более 500 регионов из еще десяти европейских стран, является крупнейшим систематически собираемым на этом уровне правительства.

35
Мы обнаружили, что по сравнению с другими европейскими региональными элитами, немецкие регионы занимают промежуточное положение между государственными и рыночными предпочтениями, лишь незначительно отдавая предпочтение рыночным решениям.Однако связь между совокупными предпочтениями рыночных решений, с одной стороны, и интенсивностью реформ НПМ или другими макроуровневыми характеристиками национальных административных систем, с другой стороны, слабее, чем ожидалось. Наше сравнение между группами стран показывает, что, когда экономика находится в хорошем состоянии, а безработица снижается, бюрократы с большей вероятностью предпочтут рыночные решения, а не вмешательство государства. Однако во время экономического кризиса и высокого уровня безработицы государственные служащие мало верят в свободный рынок.На наш взгляд, недавний экономический кризис, вероятно, уменьшит веру регионов в выгоды свободного рынка, тем более что на их национальную экономику негативно влияют финансовые и фискальные потрясения. Помимо влияния экономической ситуации, наши данные показывают, что в странах-предшественниках НПМ, таких как Нидерланды или Швеция, региональные власти меньше ценят решения свободного рынка, чем их коллеги из стран с отстающими НПМ, таких как Польша или Румыния. Это то, что мы назвали эффектом «трава всегда зеленее с другой стороны».Другими словами, региональные власти отдают предпочтение тому, чего у них меньше: после того, как реформы НПМ были реализованы, они желают большей роли правительства, но когда им еще предстоит провести реформы НПМ, они, похоже, жаждут большего свободного рынка. . Однако общий вывод заключается в том, что если реализация реформ НПМ каким-либо образом влияет на предпочтения регионов, то в среднем оно имеет тенденцию к уменьшению их стремления к применению принципов свободного рынка.

36
Анализируя рыночные предпочтения в выборке немецких регионов и сосредотачиваясь на объяснениях на индивидуальном уровне, мы обнаружили, что контекст (Восточная Германия) и выбор профессионального образования (экономика и право) — другими словами, факторы социализации — могут дать объяснение. • рыночные предпочтения.Однако никакого влияния поколений — например, усталости старших поколений государственных служащих от реформы НПМ — в Германии выявить не удалось. Подразумевается, что идеологические обоснования организационных преобразований, которые меняют рабочую среду государственного служащего, — какими бы профессиональными они ни были и реализованы — не сводятся автоматически к убеждениям бюрократа как личности.

37
Интересно видеть, что эти результаты подтверждают догадку, высказанную Гансом Ульрихом Дерлиеном (2003) более десяти лет назад.В основополагающей статье о федеральных административных элитах он пришел к выводу, что влияние НПМ «маргинально». Что касается идеологии НПМ «откатывания государства назад», Дерлиен был убежден, что политика административной реорганизации НПМ «была легко разработана и проводилась с 1995 года как любая существенная политика» (Derlien, 2003, 422). Он подразумевает, что немецкие государственные служащие являются профессиональными менеджерами и что от них следует ожидать, что они будут сопротивляться новой административной политике только в том случае, если «рецепты НПМ повлияют на возможности заработной платы или карьерного роста» (423).Другие, более поздние исследования французских (Rouban, 2007) и европейских административных элит (Bauer, 2012) приходят к аналогичному выводу. Другими словами, на основе данных опроса нельзя сделать веский аргумент в пользу того, что культурные изменения, связанные с реформами государственного сектора НПМ, формируют отдельных бюрократов таким образом, что они становятся идеологическими агентами для дальнейших, усиленных преобразований того же рода. Можно было бы выдвинуть гипотезу о том, что именно потому, что регионы составляют особую элитную группу администраторов, аргументы о реформе государственного сектора, разработанные на основе идеологических обоснований, рассматриваются с профессиональной дистанцией.За реформами следят, если они имеют политическую поддержку, но от них можно отказаться, если эта поддержка исчезнет. В понимании своей роли высшие бюрократы остаются прагматичными менеджерами, вряд ли связывая свой профессиональный рост с модным движением за реформы.

38
На основе таких размышлений на первый план выходят другие потенциальные выводы нашего исследования. То, что мы описали выше, стандарт опроса административных элит, то есть вопросы, разработанные в 1970-х годах для выявления ролевых представлений высокопоставленных бюрократов, похоже, нуждается в пересмотре [9].Что нам нужно, так это теоретически полученное отражение того, какую роль современные элитные бюрократы играют или должны играть в наших политических системах и процессах, которые во все большей степени определяются опытом, формируются интернационализацией, свободно распространяются на все большее количество политических слоев правительства и становятся регулярно оспаривается гражданами (и их лоббистскими группами), которые требуют демократически обоснованных прав на участие. Таким образом, в представленном исследовании европейских региональных административных элит вместо установленных стандартных вопросов мы использовали другой подход (Hooghe, 2001; Bauer 2012; Kassim et al., 2013). Мы использовали ключевые элементы политики — восприятие предпочтений в области управления — в качестве стимула и основы для сравнения внутри и между выборками стран. Хотя мы не предлагаем отказываться от традиционного стандарта опроса — особенно с учетом того, что в области измерения политизации современные результаты, как представляется, дают твердое понимание и все еще плодотворные дискуссии, — мы призываем к его теоретическому пересмотру. Между тем, мы предоставляем читателю и активным ученым в данной области оценить, должны ли подходы к содержанию политики, используемые в этой статье (с упором на обобщаемые образы управления), стать дополнением в необходимой перекалибровке исследований административной элиты.

% PDF-1.4
%
654 0 объект
>
эндобдж

xref
654 71
0000000017 00000 н.
0000001892 00000 н.
0000002673 00000 п.
0000002845 00000 н.
0000003070 00000 н.
0000003223 00000 н.
0000003498 00000 н.
0000011481 00000 п.
0000012242 00000 п.
0000012396 00000 п.
0000012658 00000 п.
0000021989 00000 п.
0000022349 00000 п.
0000022503 00000 п.
0000023070 00000 п.
0000045657 00000 п.
0000046312 00000 п.
0000046466 00000 п.
0000046742 00000 п.
0000054707 00000 п.
0000055408 00000 п.
0000055563 00000 п.
0000055846 00000 п.
0000067514 00000 п.
0000067846 00000 п.
0000068000 00000 н.
0000068476 00000 п.
00000 00000 п.
00000 00000 п.
00000

00000 п.
00000

00000 н.
0000101638 00000 н.
0000101966 00000 н.
0000102121 00000 п.
0000102371 00000 п.
0000111562 00000 н.
0000111683 00000 н.
0000111790 00000 н.
0000113760 00000 н.
0000114005 00000 н.
0000114090 00000 н.
0000114177 00000 н.
0000114230 00000 н.
0000114265 00000 н.
0000114409 00000 н.