Книги неизвестных писателей: 3 неизвестных романа известных писателей

Неизвестные книги известных писателей! | Книги на каждый день

Фото:https://www.instagram.com/p/BKLoL_qAE9U/

Среди писателей не редки случаи, когда одно произведение внезапно «выстреливает» на весь мир и обретает славу всемирного бестселлера, а все остальные творения как бы остаются в стороне. Порой в тени читатели и критики оставляют даже продолжения нашумевших книг, просто потому что за время, когда оно вышло, тренды и модные веяния, подарившие славу предшественнику, сошли на нет.

И прежде все было точно так же: даже известные классики вынуждены мириться с тем, что вопреки наличию шедевральных, известных на весь мир произведений, другие шедевры так и проходят мимо читателя, хотя они тоже заслуживают быть прочитанными.

Некоторые из книг этого списка я считаю даже самыми лучшими у авторов, но никаких пометок на них делать не буду, поскольку вы вольны сами выбирать. Сегодня я просто поделюсь с вами интересными книгами известных авторов, которые остались в тени.

1. Даниель Дефо «Дальнейшие приключения Робинзона Крузо»

Уверена, что каждый из вас держал в руках «Приключения Робинзона Крузо», рассказывающие о человеке, волей судьбы прожившем более двадцати пяти лет на необитаемом острове. Однако, только единицы прочитавших данную книгу знают о том, что у нее, вообще-то, есть не менее интересное продолжение. При чем напрямую связанное с Россией.

Робинзон вернулся домой после четверти века, проведенной на необитаемом острове. Но безмятежное скучное существование среди благ цивилизации быстро надоедает нашему герою и он возвращается на тот самый остров, заложником которого был многие годы. Естественно, в компании своего верного друга — Пятницы.

На острове Робинзона ждет недолгая политическая карьера, но и там он не завершает своего приключения. Герою предстоит отправиться в российский Тобольск и провести там немало времени.

2. Джек Лондон «Странник по звездам»

Все знакомы хотя бы с одним произведением Джека Лондона. Как минимум, из школьной программы, а что вероятней — из-за любви к классической литературе и его интересным произведениям. Но «Странник по звездам» — произведение довольно нетипичное для лондоновской литературы, вероятно, оттого и недооцененное.

Оно поведает нам о профессоре агрономии, который в приступе ярости убил коллегу и теперь осужден на пожизненное заключение в калифорнийской тюрьме. Это одно из глубочайших произведений автора, в котором раскрывается ад жизни заключенного, ежедневное выживание и бесконечное раскаяние.

3. Фрэнсис Скотт Фицджеральд «Я за тебя умру»

Мы привыкли судить о данном писателе исключительно через призму самых знаменитых его романов, которые ценятся по всему миру: «Великий Гэтсби» и «Ночь нежна». Но они — это еще не все, что сокрыто в мыслях и душе писателя. Ему есть еще много что сказать читателю, но почему-то практически никто не обращает внимания на другие его значимые книги.

Одна из них — «Я за тебя умру». Это сборник рассказов, которые прошли невероятно длительный путь к публикации, потому что издательства раз за разом отказывали Фицджеральду, даже когда он был известным на весь мир писателем. Их определенно стоит почитать, потому что эти рассказы содержат в себе несвойственные автору темы, сюжеты, в которых накал страстей и мрачность не будут выпускать вас из стальных тисков.

4. Франсуаза Саган «Слезинки в красном вине»

Если вы поклонник Саган, то для вас любое из ее произведений не станет сюрпризом. Мир высоко оценил изысканные книги французской писательницы, а «Прощай, грусть» и «Любите ли вы Брамса?» приносят удовольствие миллионам читателей по сей день.

Но и этой писательницы есть самые малоизвестные произведения — они собраны в сборнике под названием «Слезинки в красном вине». Тема и стиль присущи автору, но почему-то именно эти рассказы остались без читательского внимания. Они все также повествуют о сложностях отношений между мужчиной и женщиной, о несбывшемся счастье и неожиданных приобретениях!

5. Рэй Брэдбери «Маски»

В отличии от других произведений Брэдбери, «Маски» так и не были закончены, так что издателям пришлось буквально складывать мозаику из рукописей автора, чтобы подарить миру одно из самых необычных произведений писателя. Оно оригинально тем, что здесь нет ни мистики, ни фантастики, присущих творениям Брэдбери. Все события развиваются в пределах обитания одного человека и в пределах его жизненных проблем.

Угнетенный обществом, непринятием себя и окружающих, главный герой создает себе маски, которые станут его ложным лицом.

5 крутых книг малоизвестных американских писателей

Самый известный американский писатель – Хэнк Муди. Ей-Богу, многие так думают. Многие считают, что Берроуз, Паланик, Буковски и Джордж Мартин – самые значимые писатели в американской истории. Потом вспоминают Брэдбери, Тенесси Уилльямса, Сэлинджера, Марка Твена, Эдгара По, Лавкрафта, Стивена Кинга и берут свои слова назад. А вот этих, ниже приведённых парней, вспоминают не так часто, а жаль, они того очень заслуживают. Они внесли большую лепту в такую гениальную вещь, как американская литература (только не нужно обвинять нас в поклонении Америке, отрицать гениальность По, Твена, Брэдберри и Лавкрафта может только полный дебил). Потому поговорим о них.

1. «Богач, бедняк», Ирвин Шоу

Ирвин Шоу сильно затерялся на фоне своего более маститого и старшего однофамильца по имени Бернард, получившего, помимо всего, Нобелевскую премию. У них много общего: оба отметились как сценаристы, обоих подозревали в любви к СССР. Только за эту симпатию Ирвину пришлось покинуть Америку. Славы и места на Парнасе достойны оба, но ещё больше хотелось бы, чтобы произведение «Богач, бедняк» прочитало как можно больше человек.

Это те истории о жизни, о людях и взаимоотношениях, которые взахлёб читаются на одном дыхании, и это несмотря на внушительный объём. Слишком разные герои, связанные кровными узами, слишком много характеров внутри одной семьи. Только это не сопливая драма о внутрисемейных дрязгах, не очередное рефлексивное чтиво про несбывшиеся надежды (хотя и здесь про это написано). Это не «Поющие в терновнике» и даже не «Сага о Форсайтах», это современная книга про нас, про этот безумный мир, лишенный мелизмов, целомудрия и совести. Если ты до сих пор думаешь, с чем связать свой жизненный путь, обязательно прочти эту книгу. Наглядное пособие о том, как добиться своего двумя совершенно полярными способами.
Жесткий, иногда суровый, по-настоящему мужской роман, написанный просто и вместе с тем высокохудожественным литературным языком. Не зря он впервые был опубликован в журнале PLayBoy. Даже у женских персонажей здесь есть, прошу прощения, яйца.

Очень честная грустная и умная книга, поднимающая почти все проблемы, с которыми сталкивается нормальный человек на протяжении жизни. Когда-то давным-давно мой отец посоветовал её со словами: «Прочти, здесь ответы на многие вопросы».
У этой книги есть логическое продолжение под названием «Нищий, вор». Мы привыкли к тому, что сиквелы уступают первой части, здесь история примерно такая же. Она неплоха, просто первая часть гораздо лучше.

2. «Поколение Х», Дуглас Коупленд

Коупленд является гражданином Канады, однако ради того, чтобы написать свою первую большую, да и вообще в принципе первую книгу, он отправился в Палм-Спрингс, что в солнечной Калифорнии. Там и происходят все события романа. А учитывая то, что у американцев с канадцами одни и те же проблемы, он имеет полное право присутствовать в нашем списке.

А ведь всё началось с того, как 27-летний промышленный дизайнер Коупленд написал статейку «Поколение Икс», которую опубликовали в одном из местных журналов. Кому-то статья понравилось, и 27-летнему Дугласу предложили написать продолжение: что-то вроде документального исследования, путеводитель по поколению Икс. Вместо путеводителя он написал целый роман, который некоторые критики называют «чуть ли не самым культовым произведением» конца нашего многострадального, насыщенного всяческими культами века.

Начнём с того, что поколением Икс называют потерянных и напуганных граждан 60-80-х годов рождения (а именно в период спада рождаемости), которые не могут найти своё место в жизни. Главные герои – типичные представители этого самого пропащего поколения: инфантил, сбежавший из дома, так и не поняв зачем, падший мормон и несуразная мадмуазель из пижонской семьи. И весь роман они рассказывают друг другу всякие истории, то ли сказки, то ли правду. Поучительные, глупые и выстраданные. Просто рассказывают, не для того чтобы обсудить. Они живут и мечтают оторваться от вещей, от рутины, от домов образца пятнадцатилетней давности, в которых ничего не поменялось. Три ярких героя, ненавидящих общество потребления, лёгкий слог автора, который до мелочей описывает даже то, как главный герой ждёт 10 секунд, пока сольётся вода, чтобы выпить чистой, и словарь «поколения Х» действительно подкупают. Иногда при прочтении тебе кажется, что ты наблюдаешь чей-то грустный сон: взращенные калифорнийским солнцем облака, бурые горы, милые и такие живые персонажи, которые, как кажется, навсегда выпали из обоймы общества. Многим эта книга будет близка. Тона действуют на мозг очень странно, они как будто что-то будят внутри, срабатывает включатель, и ты начинаешь мыслить. Даже после прочтения (а читается она очень быстро) ты будешь думать о чем-то своём, проводя параллели и аналогии. Иной раз появляется острое желание уехать в солнечные края и так же лениво прожигать жизнь с людьми, без которых не обойтись.

3. «Человеческая комедия», Уильям Сароян

Как не трудно догадаться, Уильям Сароян по происхождению – армянин. В своём творчестве он обращался к теме далёкой исторической родины, но, надо признаться, это не лучшее в его объёмном творчестве. Самое лучшее – это безусловно повести, которые настоятельно рекомендуется прочесть. Не менее хороши Сарояновские романы: и «Человеческая комедия», за которую он получил «Оскара» как за «лучший литературный первоисточник», и «Лучшие годы вашей жизни», за который ему дали «Пулитцеровскую премию, но он отказался, и «Приключения Уэсли Джексона», но с «Человеческой комедией» ничто не сравнится.

Эта книга обо всем на свете: о детстве и взрослении, о любви, дружбе и искусстве, о горе и ненависти, войне и смерти… О жизни во всей ее полноте. А ещё очень много отсылок к «Одиссее»: главные герои живут в маленьком американском городке Итака, и их зовут Улисс и Гомер. И вот этим двум паренькам, разносящим по городу почту, в которой всё чаще и чаще появляются извещения о гибели солдат, приходится слишком быстро взрослеть, чураясь этого сурового мира. Вроде бы ничего нового, а всё равно читать приятно.

4. «Дорога», Кормак Маккарти

Маккарти, казалось бы, пишет не очень много. Однако каждое его произведение становится событием и во многом благодаря волшебной силе кинематографа. Чего стоят одни только «Старикам тут не место», понравившийся всем, «Кони, Кони», понравившийся Билли Бобу Торнтону, который его экранизировал, и, конечно же, «Дорога». Правда, в этом случае подтверждается древний тезис: книга лучше фильма. И даже несмотря на мировое признание и Пулитцеровскую премию, про «Дорогу» было слышно куда меньше, чем следовало бы.

Роман производит неизгладимое впечатление. В какой-то степени это эмоциональный шок! Сюжет прост. После катастрофы отец и сын идут через выжженные земли, пересекая континент. Всю книгу пронизывают глубокие, ранящие в самое сердце вопросы. Есть ли смысл жить, если будущего нет? Вообще нет. Есть ли смысл жить ради детей? Этот роман о том, что все в жизни относительно, что такие понятия, как добро и зло, в определенных условиях перестают работать и теряют смысл. Это роман о том, что действительно важно в жизни, и о том, как это ценить. И это также роман о смерти, о том, что все когда-нибудь заканчивается, и поэтому нужно каждый день принимать таким, какой есть. Нужно просто… жить.

5. «Словарь Сатаны», Амброз Бирс

На фоне всего вышеперечисленного как-то глупо советовать сборник афоризмов, да ещё и в столь несолидном объёме. Однако Амброз Бирс имеет полное право быть упомянутым в этом списке. Это та самая добрая, славная американская литература, которую все полюбили за произведения О.Генри и Марка Твена. Бирс примерно из того же самого времени, только с более острым репортёрским слогом (побочный эффект журналистского ремесла). У господина Бирса немало отменных творений на поприще большой литературы, правда, он предпочитал маленький размер, а именно повести и рассказы. Так что «Словарь Сатаны» – своего рода монументальный труд. Глядя на него, понимаешь, что с течением времени в мире ничего не изменилось. Вот небольшие выдержки:

«Историк. Крупнокалиберный сплетник.
Забывчивость. Дар божий, ниспосланный должникам в возмещение за отобранную у них совесть.
Вера. Безоговорочное принятие того, что люди незнающие рассказывают о вещах небывалых.
Скрипка. Инструмент для щекотания человеческих ушей при помощи трения лошадиного хвоста о внутренности кошки.
Молиться. Домогаться, чтобы законы Вселенной были отменены ради одного, и притом явно недостойного просителя».

Чтиво безусловно лёгкое, не занимающее много часов, но здорово поднимающее настроение. Во многом получше и актуальнее многих современных словарей афоризмов.
Кстати, учитывая объем труда, в книжных магазинах его часто продают под одной обложкой с другими рассказами писателя, которые обязательно нужно прочесть, чтобы познать дзен, радость и то, почему Говард Лавкрафт так любил этого мрачного, но остроумного журналиста.

Рассказы современных и неизвестных авторов

Это был солнечный июльский день. Стрелки часов показывали полдень. Кэтлин сидела у зеркала и улыбалась. Сегодня день ее свадьбы, день, который любая девушка ждет с юных лет. Это невольно вызывало улыбку. Нотки сомнения проскальзывали в ее мыслях, но она утешала себя тем, что каждая невеста испытывает те же чувства. Это совершенно нормально, — думала она, -это огромный шаг в новую, неизвестную ей жизнь, жизнь, которая будет полна сюрпризов, как же тут не сомневаться правильный ли это шаг?
В тот же миг Кэтлин вспомнила человека, с которым у нее не было сомнений. С Карлом она была готова бежать хоть на край света, оставив всех и всё…Внезапно она опомнилась от стука в дверь. Это была Тиффани, у которой сегодня тоже был праздник. Свадьба Кэтлин была для нее не менее важна, чем своя собственная.
-Моя прекрасная дама, у тебя все в порядке? – спросила Тиффани
-Да, конечно, просто никак не могу поверить во все происходящее!
— Дурочка, мы же так этого хотели! С Полом ты будешь самой счастливой, ты же знаешь, что он сделает для тебя всё, что ты захочешь. Мы обе это знаем! Вы проведете незабываемый медовый месяц, ты же всегда мечтала побывать в Малайзии. И теперь едешь туда с ним. Разве это не прекрасно? Просто представь, вы вдвоем на роскошном острове, купаетесь в лучах солнца и нежитесь в пене теплого океана. Я уже жду не дождусь ваших фотографий! Это же настоящая сказка.
— Да, дорогая, ты права.
— А потом вы вернетесь, и ваша сказка на этом не закончится. Ты будешь жить как принцесса!!
— Конечно, сказка не закончится, ведь после моего возвращения моя любимая Тиффани начнет планировать свою свадьбу!
-Брось ты, мне кажется, Алекс никогда не решится, он еще ребенок, а когда повзрослеет непонятно!
— Вспомнишь мои слова, детка!! После моего возвращения…
Хотя Тиффани и всячески отрицала, она и вправду чувствовала, что сегодняшняя свадьба очень сильно повлияет на Алекса, изменит ее жизнь и возможно очень скоро она последует примеру подруги. А Кэтлин не чувствовала, она знала, что кольцо для Тиффани уже куплено.
Девушки очнулись от полуминутного молчания и Тиффани воскликнула:
— Гости уже заждались, нам нужно идти, а то еще пару минут и я боюсь, что Пол устанет ждать и сбежит. Зачем нам сбежавший жених?
Обе посмеялись и вышли на террасу. Погода была замечательная. Солнце светило ярко, но особой жары не ощущалось. Небо было покрыто воздушными облаками, которыми можно было любоваться бесконечно. В воздухе пахло любовью. По крайней мере, Кэтлин чувствовала этот запах. Этот запах напоминал ей о нём…
_____
Все гости были уже в сборе. Как Кэтлин и мечтала, это была небольшая выездная роспись на берегу моря. Пол был не против, он вообще никогда не был против каких-либо желаний Кэтлин. Он любил ее. Он делал все, чтоб она была счастлива рядом с ним. И вот через четверть часа он готов был дать клятву любить и беречь ее всю свою жизнь. Да, он был готов к этому, и у него не было сомнений…
_____

Молодожены пригласили около полусотни человек. Ожидая начала церемонии, гости мило общались между собой, фотографировались и предвкушали выход очаровательной Кэтлин. Здесь нельзя было не фотографировать. Такую красоту хотелось запечатлеть каждому. Оформление свадьбы было выполнено лучшими мастерами города. Вся площадка была украшена роскошными цветами. Казалось, розы везде: огромные букеты на столах, клетки с розами в проходах, и конечно высокая арка из свежих белых роз. Их аромат царил повсюду, перемешиваясь с запахом моря. Да, розы – это любимые цветы Кэтлин.
И так Кэтлин была готова. Все уже ждали на своих местах. Здесь были только самые близкие родственники и друзья. Люди, с которыми Кэтлин и Пол хотели разделить свою радость в этот день. Сейчас у Кэтлин не было никаких мыслей, она решительно шла по направлению к своему избраннику. Он, как всегда, стоял с широкой улыбкой на лице. Эта улыбка излучала любовь, восхищение, преданность Кэтлин. Пол был настолько светлым, искренним, открытым человеком, что это нельзя было не заметить, а сегодня он должен был стать и самым счастливым мужчиной в мире.
Кэтлин приближалась к нему все ближе и ближе, и он не мог налюбоваться ею. Легкое белое платье с пышной юбкой, обшитой кружевом, босоножки на шпильке цвета слоновой кости, и маленькие бриллианты на украшениях делали ее еще более женственной и утонченной, скрывая все недостатки. Она казалось идеальной. Она и сама чувствовала себя великолепно. Под звуки музыки она прошла мимо гостей и оказалась возле Пола.
Он не мог удержаться и нежно поцеловал ее. Церемонимейстер спросил у молодоженов разрешения приступить, и после утвердительного ответа, поприветствовав всех собравшихся, начал свою речь. Первому он обратился к Полу. Совершенно не медля, жених дал свое согласие. Кэтлин улыбнулась, показав взглядом, что готова ответить на аналогичный вопрос адресованный ей.
-А согласны ли Вы, Кэтлин…
Внезапно эти слова прервались детским криком.
-Нет, Кэтлин, нет!!- кричала девочка и бежала к арке.
Все гости, переглядываясь в ужасе, пытались понять кто этот ребенок, но никто не знал. И только Тиффани, которая знала все, с трудом, но все-таки узнала девочку. Это была Кэтлин. Маленькая Кэтлин.
— Кто это?- недоумевая, спрашивал Алекс
— Это племянница Карла
— Ты уверена, дорогая?
— Да, к счастью или к сожалению
— Но, что она здесь делает?
— Может это я должна тебя спросить? Где сам Карл?
— Насколько мне известно, он уехал за город еще неделю назад, но я ничего не знаю о его возвращении! — подытожил Алекс.
— Вы перестанете наконец-то беседовать, посмотрите, что происходит! — их разговор прервала Анита.
Кэтлин младшая добежала к молодоженам.
— Кэтлин, прошу, не делай этого!
— Малышка, объясни мне, что ты здесь делаешь и что ты такое говоришь?
Тут девочка стала что-то шептать Кэтлин на ухо и чуть ли не со слезами на глазах умоляла подождать.
Опомнившись, Пол вмешался в их беседу.
— Кто этот ребенок, милая, и что она тебе говорит, может мы не будем прерываться по пустякам?
-Это не пустяк – закричала Кэтлин-младшая.
Кэтлин становилось плохо от всего происходящего, ее руки онемели, ноги стали подкашиваться, а что происходило в ее голове – она вообще не могла понять. Но она собралась с силами:
— Кэтлин, деточка, он опоздал, я долго его ждала, но увы…
Среди гостей опять послышался шорох, и снова новый гость на свадьбе. Кэтлин не могла поверить своим глазам, но это был он.
— Кэтлин, остановись. — крикнул Карл
— О еще один, — пробормотала Анита, — может там целая толпа, которая по очереди будет заходить, и прерывать церемонию.
— Анита, теперь ты помолчи, — сказала Тиффани, у которой были мурашки по коже, а слезы подступали к глазам.
Пол понимал, что ему уже нечего сказать. Он никогда не считал Карла соперником в борьбе за сердце Кэтлин. Он был ее прошлым, ее тяжелым прошлым. Основной заслугой Пола было освобождение Кэтлин от той жизни и той любви. Он никогда не сомневался в своем успехе. Никогда, до этой минуты. Он смотрел на Кэтлин, которая в панике не могла ничего ответить ни ему, ни Карлу, ни этой маленькой девочке, никому. Пол на секунду осознал, что теряет Кэтлин, что эта глупая ситуация может лишить его своей любимой навсегда. Но он не делал ничего. Он ждал, с ужасом ждал, пока Кэтлин примет решение.
А она не могла, не могла сказать ни слова. Да, она думала о Карле сегодня, и вчера, не было и дня, чтоб он не посещал ее мысли, но такого поворота событий она не ожидала.
Все пять лет проведенные с Карлом, и два года без него пробежали за минуту у нее перед глазами. Она до сих пор его любила. Врать самой себе было бесполезно. Но она решила очнуться от своих мыслей и понять, зачем он явился.

Карл стоял прямо напротив нее.
— Кэтлин, я люблю тебя
— Тебе не кажется, что ты немного опоздал со своим признанием?
— Никогда не поздно все изменить, ты сама мне это говорила
— Ты это понял спустя два года?
— Кэтлин, любимая, прошу, не надо лишних слов, я знаю, что и ты меня любишь, что не переставала любить никогда
— Да как ты смеешь говорить такое на моей свадьбе?
— Это должна быть наша свадьба
— Карл, где ты был раньше?
— Мне нужно было время, чтобы прийти к этому
— А тебе не кажется, что ты думал слишком долго
— Прости, я был не прав, но я не отдам тебя другому, я люблю тебя
— Зато я уже отдала тебя другой, кстати, где она?
— Какое это имеет сейчас значение?
— И вправду никакого
— Кэтлин, я не хочу тебя терять, я себе этого никогда не прощу, прости меня за все, я тебя больше никогда не покину. Обещаю.
Карл становится на колено и достает коробочку с кольцом. Тем самым кольцом, которое он купил еще 2 года с намерением сделать Кэтлин предложение. Но не сделал, а вместо этого покинул ее ради другой. Это были непростые годы в жизни Кэтлин. Боль, которую испытывает покинутая любящая девушка она чувствовала до сих пор. Но самое ужасное, она простила Карла, простила еще давно, потому что любила его без памяти непонятно за что.
И вот он стоит перед ней на коленях и просит ее руки.
— Будь моей женой, — прошептал Карл, прошу тебя
Никто и слова не смел промолвить, ни родители, ни друзья. Все сидели, словно на просмотре мелодрамы, и ждали окончания фильма.
У Кэтлин пересохло в горле, но она понимала, что только в ее силах закончить этот цирк.
— Нет, едва слышно произнесла она
— Что? – переспросил Карл
— Я говорю тебе нет, — повторила она
В это время Пол будто очнулся. В его глазах снова промелькнула искра, он надеялся, что это просто ужасный сон, и он наконец-то подошел к концу. Но он ошибался.
— Хорошо, — с улыбкой сказал Карл – я понял – у меня к тебе одна прощальная просьба, позволишь?
— Слушаю тебя — Кэтлин не могла отказать
— Позволь мне тебя поцеловать, это будет наш последний поцелуй, очень прошу
Кэтлин взглянула на Пола и поняла, что он согласен на все, лишь бы Карл поскорее убрался.
— Позволяю, но только руку
Она протянула ему свою маленькую ручку, на которой красовалось помолвочное кольцо от Пола с бриллиантом. Карл сделал вид, что не замечает этого кольца. Он поцеловал ее ладонь сначала один, потом второй, затем третий раз. Кэтлин была на седьмом небе от счастья, но держала себя в руках.
В тот же миг Карл вскакивает и впивается губами в Кэтлин. Такого поворота событий не ожидал никто. Алекс смеялся, Тиффани закрыла лицо руками, не понимая плакать ей или смеяться. И только маленькая Кэтлин хихикала от радости, прячась за юбкой невесты все это время. Прошла одна минута, вторая, третья, а Кэтлин и Карл не могли оторваться друг от друга.
— Ну что Кэтлин, ты хочешь сказать, что не любишь меня? Что ничего не чувствуешь после нашего поцелуя,- с довольным лицом промолвил Карл
Кэтлин рыдала, она не знала, что делать, что ответить. Ей было жалко Пола, жалко, что он присутствовал при всем происходящем. Но она не могла выйти за него, она хотела только Карла.
— Прости меня Пол, я не могу, — наконец вымолвила она
— Я понял, ничего страшного, раз ты так хочешь — твое право, поздравляю вас.
Он обнял Кэтлин, и она почувствовала, что он не покажет, как ему больно, и выйдет из игры достойно. Она знала, что он ее отпустит, и не будет переубеждать. Ведь это Пол.
— Я люблю тебя Пол.
Кэтлин не врала, она действительно любила его. Именно сейчас она вспомнила слова Кэрри, у которой когда-то давно просила совет, как разобраться в своих чувствах к Полу. Тогда Кэрри сказала ей:
— Представь, что ты ждешь ребенка, кого ты видишь рядом с собой? Это мужчина, который целует твой живот, делает массаж ног, поддерживает тебя днем и ночью и всегда рядом. Ты представляешь Пола в этой роли?
Взгляд Кэтлин упал на Кэрри, которая тоже была среди приглашенных.
Да, Кэтлин любила Пола, но недостаточно, чтобы видеть его в этой роли.
— И я тебя люблю, Кэтлин,- едва слышно прошептал Пол, — будь счастлива
— И ты.
Пол медленно удалился. За ним последовали его родители и друзья, которых здесь было не так много. Оставшиеся гости не знали, как себя правильно вести, поэтому сидели тихо, боясь промолвить и слово. Это молчание прервал Алекс. Он понял, что сейчас самый подходящий для него момент. Он сможет осуществить задуманное и одновременно помочь Кэтлин и Карлу в сложившейся ситуации.
Да, он сделал предложение Тиффани, признался ей в вечной любви, попросил кудрявую красотку подарить ему свое сердце и пообещал хранить его до конца своих дней. Тиффани, не переставая рыдать от счастья, бросилась в объятия Алексу с криком да!
А Кэтлин… Кэтлин чувствовала себя самой счастливой на свете. Она не знала, как дальше сложится ее судьба, но сейчас ее это не волновало. Она чувствовала себя победителем. Ее мечта, какая бы она ни была — сбылась. Карл понял, что она лучшая, что только с ней он будет по-настоящему счастлив. И этого Кэтлин было достаточно.

Нравится
6

0

Стихи неизвестных авторов

Читать с тобой великого поэта,
Как будто заново его понять !
И на душе становится светлее
И можно настроение поднять!

Как долго ты работаешь над этим,
Чтоб зрителям весь смысл донести,
Готовишь материал с утра до вечера,
Чтобы эфир достойно провести!

Эмоции твои, приятный голос зво́нок-
Всё,что заложено в тебе с пелёнок !
Как хорошо,что ты на свете есть
Твоих достоинств всех не перечесть!

Читать с тобой великого поэта
Открыть завесу тайн и волшебства
И полюбить,что ранее нам неведомо,
Но в сердце остаётся навсегда!

21.05.2020 г.

Нравится
4

0

История произведения:

Ирина Березка — ведущая актриса театров г. Новосибирска, режиссер и драматург,лауреат международного конкурса чтецов, ежегодный участник конференций в сфере искусства. На её счету большое количество спектаклей с её участием,главных ролей, а также режиссерских работ. Она является основателем школы ораторского искусства,страшим преподавателем кафедры актёрского мастерства и сценической речи Новосибирской государственной консерватории им.М.И.Глинки. Поэтесса,писатель,автор методических пособий по сценической речи , автор собственного сборника стихотворений,который официально был выпущен в свет 23 марта 2020 г.
Ирина Березка актриса со стажем работы на сцене почти 20 лет. В условиях ,которые сейчас коснулись не только нашу страну,но и весь мир ей пришлось раньше срока закрыть свой первый театральный сезон. Но она не отчаивается,а радует своих поклонников и зрителей в онлайн-проектах от театра «Слово», художественным руководителем и основателем которого она и является (с 03.01.2020 г.) Да,у неё свой театр «Слово»
Прямые эфиры проходят в её аккаунте в инстаграмме. Один из проектов онлайн-чтения, который дает возможность её друзьям, зрителям и поклонникам познакомиться с произведениями великих поэтов и узнать много интересного ,чего мы возможно ранее не знали. Благодаря этому проекту и её любви к столь непростой но очень интересной профессии -актёра, её любви к зрителям и в общем к людям, её теплота,которая исходит от неё , её искренность и побудила меня написать это стихотворение. Я посвящаю его моему другу,солнцу,гениальному человеку, невероятно творческой личности Ирине Березка.

Автор, пиши еще! Неизвестные произведения известных писателей, которые взорвут вам мозг | Fresher

Книга действительно помогает человеку стать лучше. Большинство классиков писали великолепные романы, повести, рассказы и так далее, которые «живы» до сих пор. И это действительно прекрасно. Но что делать, когда писателя слегка заносит?

И речь сейчас не о том, что он начал писать плохо или же в романтическую сцену добавил немного интимных подробностей, речь совсем о другом. Что если автор в своем произведении показывает положительные стороны педофилии или рассказывает, как заниматься сексом с зомби? Итак, в сегодняшней статье, мы расскажем о самых «обезбашенных» известных авторах и их произведениях.

1. Любви все возрасты покорны

Энтони Пирс — крайне занимательная фигура. Его произведения любят все без исключения, ведь он действительно талантливый автор-фантаст. Казалось бы, что он делает в нашем списке? Но вот в чем загвоздка, в 1987 году новость о том, что к Пирсу приехал несовершеннолетний мальчик и стал с ним жить, облетела много печатных изданий. Пареньку было на тот момент 15 лет, и он был без ума от счастья! Детская мечта сбылась! Ведь о чем еще ребенок может мечтать, если он целиком и полностью поглощен своим любимым автором? Но увы, об одной крайне интересной и важной детали все же забыли упомянуть СМИ. Пирс, на самом деле уж очень любил детей. Нет никаких доказательств того, что Энтони когда-нибудь совершал противозаконные действия по отношению к ребенку, но, несмотря на это, он писал очень много занятной литературы. Помимо популярной серии научно-фантастических книг, он писал о том, что заниматься с детьми сексом это вполне нормально, главное, чтобы они были согласны. Гуманный дядька, не правда ли?

К примеру, в его книге «Tatham Mound» он описал интимную сцену с десятилетней девочкой. В свое оправдание Энтони говорил, что десять лет — это не показатель, тем более, девочка дала согласие. Слегка попахивает отказом от ответственности, не правда ли? В еще одном своем произведении под названием «Firefly» он описал сцену, в которой мужчина предстает перед судом за секс с пятилетним ребенком. Этот мужчина говорит в суде, что не виновен, так как они были любовниками. (Так и хочется добавить сюда «WTF?»). Адвокат обвиняемого в свою очередь говорит, что закон может обвинить этого человека, но ведь именно закон является иногда полной фигней. По книге, все сидящие в судебном зале, поддерживают адвоката.

2. Бенджамин Франклин «Fart Proudly»

Несмотря на все заслуги Бенджамина Франклина, он еще был довольно неплохим писателем. Его «Безумный Ричард» и «Алманок» были одними из самых успешных книг того времени. В них содержалось масса советов и напутствий, которые актуальны и до сих пор. Очень печально, что мимо глаз мы пропускаем его мудрое эссе «Fart Proudly», (что переводится «Пукай гордо») в котором знаменитый американский политический деятель писал о том, что пускать газы вполне нормально и естественно, а запах, который так ненавистен людям, благодаря ученым можно запросто заменить на благоухание розы или же модного парфюма. В своем длинном эссе Франклин призывал всех химиков, врачей и ученых придумать такое средство, которое будет превращать неприятных запах от кишечных газов в чудесный аромат, чтобы люди не смущались, делая это. Интересную идейку подкинул Франклин. А вы как думаете?

3. Джордж Рэймонд Ричард Мартин «Meathouse Man»

Джордж Мартин явно не является тем писателем, который ориентирован на семейные ценности. Его знаменитая серия книг, по мотивам которой был снят популярный сериал «Игра Престолов», наполнена кровосмешением, изнасилованиями, убийствами и прочими «радостями жизни», но его произведение «Meathouse Man», похоже, даже инцесты и убийства переплюнула. По словам самого Мартина, «Meathouse Man» — это «самая мрачная, жуткая, болезненная, извращенная вещь, которую я когда-либо писал». В принце, описание, данное автором, отлично характеризует данную книгу. В ней описывается человек, который, воспользовавшись тем, что на Земле наступил зомби-апокалипсис, вступает в половую связь с другими «бывшими» людьми, которые стали зомби. Основная часть всей истории описывает детально этот весьма занятный процесс, который у многих может вызвать не просто легкое чувство тошноты, а реальные «целовашки» с «белым другом».

Исходя из слов автора, он написал это произведение, только чтобы произвести впечатление на знаменитого писателя-фантаста Харлана Эллисона. Именно он попросил Джорджа написать что-то такое, что бы действительно его впечатлило. Мартин, в свою очередь, очень испугался, что не сможет достойно выполнить просьбу человека, который написал знаменитый рассказ «У меня нет рта, но я должен кричать». Но как показала практика, Мартин отлично справился со своей задачей, создав нечто настолько ужасное и тошнотворное, что смогло удивить не только Харлана Эллисона, но и самого Джорджа.

Тюменские писатели рассказали о неизвестных известных героях войны

Общество, 16:49 15 мая 2015


Версия для печати





Тюменская линия






Далее в сюжете
В музейную ночь тюменцы побывали в старом литературном городе

Книгу «Неизвестные известные герои», рассказывающую о непростых судьбах тюменских Героев Советского Союза, презентовали писатели Рафаэль Гольдберг и Александр Петрушин.

Выпущена она к 70-летнему юбилею Победы в Великой Отечественной войне, авторы издания постарались показать ту сторону жизни фронтовиков, о которой раньше запрещено было говорить по идеологическим соображениям. В нее вошли 11 новелл о 12 героях, уникальные снимки, хроники и факты биографии.

«Фамилии многих из них вы слышали, в их честь названы улицы Тюмени, но мало кто знает, как они выглядели, какова на самом деле была их судьба. Некоторых после войны судили, необоснованно лишили наград, а некоторые после эмоциональных потрясений на войне злоупотребляли спиртным, дебоширили», — рассказал главный редактор книги, тюменский журналист Рафаэль Гольдберг.

Одна из новелл посвящена Валерии Гнаровской. «О ней много написано, но мы постарались, как и во всей книге, выделить не просто героя, а показать картину фронта, полка, чтобы понять, в каких обстоятельствах действовал человек. Она перенесла тиф, погибла 23 сентября, в дождливый день, и было этой девчонке всего 20 лет», — отметил Рафаэль Гольдберг.

Интересной была судьба еще одного героя, в честь которого названа улица в Тюмени, — Ивана Федюнинского. Авторы оставили в стороне его военные дела и назвали очерк «Любовь и служба генерала Федюнинского». Иван, сотрудник военкомата, в двадцатых годах прошлого столетия женился на дочери попа из Гилево. Любовь к Леле, так ласково он называл супругу, Федюнинский пронес через всю жизнь. После его смерти Леля приехала в Гилево, восстановила дом, в котором родился герой, и основала в нем музей. Он открыт и принимает посетителей каждый год 30 июля – в день рождения Ивана Федюнинского.

Много интересных фактов удалось собрать авторам издания об Александре Логунове. «Ружье весило двадцать один килограмм, и носил его человек, который сам до войны был не больше сорока пяти килограммов, — рассказал Рафаэль Гольдберг.

На презентации присутствовала двоюродная сестра Логунова. «Огромное спасибо вам за ваш труд, — обратилась она к авторам издания. — Раньше я даже точно не знала годы жизни моего брата. Теперь, благодаря вам, я знаю невероятные факты из непростой судьбы Александра».

Подобные книги уже издавали в Тюменской области. Но главное отличие этого издания – большое количество сведений из ранее закрытых источников, архивов. «О героях войны раньше писали больше с патетикой: «с яростным взором», «невзирая ни на что» и тому подобное. И мало кто рассматривал, из какой семьи герой, где он воевал. Мы постарались выяснить максимально полную информацию и о довоенной, и о послевоенной жизни», — добавил соавтор книги, историк-краевед Тюмени, кандидат исторических наук Александр Петрушин.

Новое издание доступно не только любителям истории, но и учителям, которые могут использовать его на уроках и классных часах в школах.









Евгения Шевцова

80 книг известных и неизвестных авторов: Культура: Lenta.ru

В среду в московском кафе «Пушкинъ» был обнародован лонг-лист литературной премии «Национальный бестселлер». Главным призом новой премии, по мысли ее вдохновителя Виктора Топорова будут не деньги (точнее, не только деньги), а гарантированный тираж как минимум в 50 тысяч экземпляров. Соответственно главному призу выбран и девиз конкурса: «Проснуться знаменитым!»

Интерес представляет разработанный оргкомитетом механизм вручения премии.

Для начала оргкомитет предложил 89 известным литераторам быть номинаторами. 49 из них откликнулись и общими усилиями назвали около 80 произведений, представляющих весь спектр современной русской словесности, от «Кыси» Татьяны Толстой до «Книги мертвых» Эдуарда Лимонова и совсем неизвестных произведений, существующих лишь в виде распечаток — они-то и составили лонг-лист, представленный публике.

Oтобранные тексты переданы «большому жюри», 20 членов которого должны прочитать эти произведения (если они еще этого не сделали) и выставить каждому из них от нуля до трех баллов.
Книга-победитель получает 10 тысяч долларов, которые распределяются в пропорции 4:4:2 между автором, издателем и номинатором, если речь идет об опубликованном произведении, или в пропорции 7:3 между автором и его номинатором, если последнему посчастливилось определить потенциальный бестселлер в рукописи. Кроме того, устроители обязуются издать книгу-победителя тиражом в 50 тысяч. «Мы хотим дать писателям не рыбу, а удочку» — метафорически объясняет Виктор Топоров.

Все остальные финалисты получают по тысяче долларов.
Сразу вызывает удивление, что некоторые номинаторы выдвигали свои собственные произведения. Далее, непонятно, как быть, если в шорт-лист попадут «Укус ангела» Павла Курсанова или «Книга Мертвых» Эдуарда Лимонова, входящих в «малое жюри»? Обе книги имеют реальные шансы на это.

Кроме того, в лонг-листе фигурируют некоторые произведения, которые, в силу их элитарности, невозможно «раскрутить» до тиража продажи в 50 тысяч никакими способами, и им грозит осесть на складах мертвым грузом, а, с другой стороны, в лонг-лист включены произведения, в никакой раскрутке не нуждающиеся — как та же «Кысь» и уж тем более «Коронация» Бориса Акунина.

Анонимно опубликовано

известных книг | Пингвин Рэндом Хаус

The ReadDown

Спорные, частные или расчетливые, у некоторых авторов есть причины для анонимной публикации. Иногда книга слишком старая или автор просто неизвестен. Многие из работ, представленных ниже, были написаны анонимным автором, и заявка была заявлена ​​позже. Просмотрите ниже известные и влиятельные книги.

Вернуться к началу

Посетите другие сайты сети Penguin Random House

21 блестящая книга, о которой вы никогда не слышали

Когда-нибудь наталкивались на книгу — на тумбочке в Airbnb, в коробке с хламом вашей мамы, на полке на холостяцкой вечеринке друга — это так возбуждает , настолько захватывающе миротворяющий, что даже не веришь, что никогда раньше о нем не слышал? Книга, которой вы находите, восхищались в свое время, но теперь ее как бы отодвинули в сторону и забыли, за исключением самых доверенных друзей-читателей в вашей жизни? Ну, это те книги.А ваши друзья-читатели в этом случае? Это 21 из наших любимых писателей за последние несколько лет. Расслабьтесь и послушайте, как они ищут самые криминально недооцененные книги на своих полках.

Джонатан Франзен

предлагает «Человек, который любил детей» Кристины Стед (1940)

Как и во сне, где я кричу во всю мощь, и никто меня не слышит, я выступал за фильм Кристины Стед. «Человек, который любил детей» в течение 20 лет, описывая его как величайший семейный роман из когда-либо написанных и один из величайших романов 20-го века любого рода, и ожидая, что хотя бы один человек скажет мне, что я прав.Только в Австралии, где Стед родилась и жила до 25 лет, я регулярно встречаю людей, которые даже слышали об этом. Но здесь я повторю еще раз: по психологической глубине, по неизгладимым характеристикам, по дикому юмору, по мускулистой прозе, по дисциплинированному безумию у «Человека, который любил детей» очень мало ровесников в мировой литературе. Пожалуйста, кто-нибудь, кто это читает, ответит мне и скажет, что я прав?

Жуно Диас

предлагает «Движение света в воде» Сэмюэля Р.Delany (1988)

Я не могу представить конфессиональную литературу без этих разрушающих жанр мемуаров. Увидеть, как этот странный темнокожий молодой художник пришел в себя во время тектонического бреда 60-х, значит получить откровение почти библейской силы.

Джордж Сондерс
предлагает «Американская молодежь» Фила Ламарша (2007)

Это один из лучших романов последних десяти лет, значимый для меня с двух сторон: во-первых, как напоминание о том, насколько эффективны и быстрые темпы. лучшие друзья писателя; во-вторых, как глубокая медитация на особом американском супе из вины, насилия и отрицания.

Эмма Штрауб

предполагает, что Стоунер, Джон Уильямс (1965)

Стоунер — это то, что я больше всего любил продавать вручную, когда был продавцом книг — это печальная, мрачная книжка о удручающей жизни одного профессора. Однако красивой прозе Уильямса удается заставить все это петь, и читатели почти всегда возвращались и благодарили меня за то, что я обратил их внимание на книгу.

Ханя Янагихара

предлагает «Мое оставление» Питера Рока (2009)

Это, наверное, последний роман, который я рекомендую больше всего.Эта короткая, дисциплинированная и тревожная книга о девушке Кэролайн, которая живет со своим отцом вдали от электросети в лесах Орегона. Одна из вещей, которые мне больше всего нравятся в этом романе, — это то, как много в нем удается сделать в таком маленьком пространстве, с такой грацией и тонкостью. Отец — прекрасное, загадочное, яркое создание, которому удается быть неотразимым, но не очень привлекательным: действительно ли он такой, каким кажется? Чего он хочет и что сделал? А еще есть сама Кэролайн, чья безразличие становится душераздирающим по мере развития повествования.Настроение ужаса, витающее над книгой, достигает кульминации в единственной зрелищной сцене насилия, но более предполагаемой, чем показанной. И в этом, на самом деле, сила этого романа: он демонстрирует, насколько наиболее резонансной является художественная литература писателей, овладевших искусством отсутствия, которые нашли способ использовать негативное пространство в качестве литературного оружия.

Марлон Джеймс

предполагает Риддли Уокера Рассела Хобана (1980)

Постапокалиптических романов не так много, как Риддли Уокер, который открывается через 2000 лет после того, как мы наконец нажали красную кнопку и уронили большую.В мгновенно узнаваемой Англии, о которой никто не помнит, люди снова стали охотниками-собирателями, занимающимися металлоломом, который они забыли, как производить. Собаки-убийцы бродят по дорогам, священники со шрамами на животе проповедуют пророчество, наблюдая за Панчем и Джуди, а Риддли Уокер, которому только что присвоено имя в 12 лет, пытается стать мужчиной. Но шок от книги, особенно в ее великолепном языке, заключается в том, что она старая, а не новая. Как звучат 2000 лет в будущем? Две тысячи лет назад «Беовульф» врезался в «Бе-Боп-А-Лула».«Риддли Уокер был номинирован как на Национальную премию кружка книжных критиков, так и на премию« Небула »еще в 1981 году, но если бы не Салман Рушди, я бы никогда об этом не услышал.

Уильям Гибсон

предлагает «Случайные акты бессмысленного насилия» Джека Вомака (1993)

По сути, сегодня эта книга кажется романом, действие которого происходит в нескончаемом кошмаре после президентства Трампа, а пока что здесь, в реальной жизни. В мире, мы пришли к тому, что антиутопическое повествование о взрослении стало чрезвычайно популярной формой.«Случайные действия» — это именно то, что написано в сценарии Кормака Маккарти, действие происходит в Нью-Йорке, и рассказывается через душераздирающе убедительную точку зрения молодой девушки.

Бен Фонтан

предлагает «Маленький большой человек» Томаса Бергера (1964)

Если вы скрестили Моби-Дика с Геком Финном, поместите его на американский запад 19 века и добавили большие капли Дон Кихота и магического реализма , вы можете оказаться в пределах досягаемости одного из великих американских романов прошлого века или любого другого века, «Маленький большой человек» Томаса Бергера.«Я белый человек и никогда этого не забывал, но с 10 лет меня воспитывали индейцы шайенны». Так начинается история Джека Крэбба, самого 111-летнего Маленького Большого Человека, который за свою долгую жизнь бродит по Западу, как пограничный Зелиг, борясь с Уяттом Эрпом и Диком Биллом Хикоком, сражаясь за и против Кастера, живя. и любящий среди шайенов, и выживший в битве при Литтл-Бигхорн, самопровозглашенный единственный белый человек, достигший этого различия. Роман Бергера — это потрясающий шедевр, к которому я возвращаюсь снова и снова.

8 книг от относительно неизвестных авторов, которые должен прочитать каждый

Послушайте, я люблю классику так же сильно, как и любой другой ботаник. Я большой придурок для любой истории о чокнутых людях, влюбляющихся в продуваемую ветрами пустошь. И я тоже большой любитель нашей современной популярной фантастики (любой, кто когда-либо слышал мои пространные теории Игры престолов, может подтвердить это). Но так много великих авторов, как тогда, так и сейчас, терпят поражение. Если вы хотите выйти за пределы списка бестселлеров New York Times, возможно, вам стоит попробовать эти блестящие книги от относительно неизвестных авторов.

Есть что-то такое странно захватывающее в том, чтобы по-настоящему стать автором, о чем почти никто из окружающих не слышал. Как будто вы раскрыли какой-то великий секрет. Как будто этот автор обращается напрямую к вам во времени и пространстве. И это невероятно расстраивает, потому что все, что вы хотите сделать, — это поговорить со своими друзьями об этой великой книге, о которой они даже не слышали (я имею в виду … где все фан-арт к Ringworld Ларри Нивена, а?).

Итак, вот лишь несколько книг авторов, заслуживающих большего признания.Прочтите их, а затем передайте, потому что все мы упускали из виду эти книги:

1

«Грейсон» Линн Кокс

Вы можете знать Линн Кокс по ее рекордной плавательной карьере. , но читали ли вы книгу о том, как она однажды встретила кита? В Грейсоне Кокс вспоминает то утро, когда она наткнулась на детеныша кита во время ежедневного плавания. Подросток Кокс решила рискнуть собственной жизнью, чтобы спасти ребенка. Результатом стала эта тонкая, но мощная книга о доброте, выносливости и дикой красоте океана.

Нажмите здесь, чтобы купить.

2

«Из этих прахов» Фредрика Брауна

Моя жизненная миссия — заставить хотя бы еще одного человека влюбиться в Фредрика Брауна. «Из этих прахов» — это сборник коротких научно-фантастических рассказов Брауна, в которых самые короткие рассказы занимают не более одного абзаца. Но Браун может сделать в одном абзаце больше, чем некоторые авторы в целом романе, и его умные, злобно изобретательные рассказы просто необходимо прочитать фанатам научной фантастики во всем мире.

Нажмите здесь, чтобы купить.

3

«Staggerwing» Элис Кальтман

Staggerwing, дебютный сборник рассказов Алисы Кальтман, описывается как сборник «близких к богатым и не очень известных». Через восхитительный юмор и острые моменты реальности Кальтман берет на себя скучающих трофейных жен, героических охранников, потенциальных скульпторов и многое другое в этой задушевной, острой новой книге.

Нажмите здесь, чтобы купить.

4

«Движение света в воде» Сэмюэля Р.Делани

Сэмюэл Р. Делани, конечно, не неизвестный автор в старых школьных научно-фантастических кругах … но средний читатель, вероятно, никогда не слышал «Движение света в воде», его электрические мемуары о его жизни как гея, темнокожий писатель в Нью-Йорке 1960-х. Любовь, искусство, раса, научная фантастика и секс переплетаются в этом ярком портрете личности одного человека (и да, Боб Дилан и Джеймс Болдуин играют эпизодические роли).

Нажмите здесь, чтобы купить.

5

«Жизнь — это цирк, которым управляет утконос» Эллисон Хоун

Я имею в виду… с таким названием, что еще можно сказать? У Эллисон Хоун необычное чувство юмора, мягко говоря, а «Жизнь — это цирк, которым управляет утконос» — это удивительно странный сборник реальных историй из жизни Хоуна. От стаи крошечных балерин до танцующих клоунов и смерти от мебели — Хоун может поделиться множеством странных переживаний.

Нажмите здесь, чтобы купить.

6

«Oreo» Фрэн Росс

Oreo, наконец, начинает получать некоторое признание как неоткрытая классика, но его все еще прискорбно недооценивают.Этот смешной до истерики роман рассказывает историю юного Орейро, дочери чернокожей матери и отца-еврея, и ее стремления найти отца среди множества Сэмов Шварцев в Нью-Йорке. Современный пересказ мифа о Тесее, «Орео» глубоко забавен, умен и эпичен по своим масштабам.

Нажмите здесь, чтобы купить.

7

«Пылающие игуаны: проиллюстрированный дорожный роман для всех девочек» Эрики Лопес

Помидор Родригес отправляется в путешествие по Америке для всех девочек в поисках любви, жизни и идеального почтового отделения. .Автор Эрика Лопес сочетает язык с иллюстрациями и изображениями штампов, чтобы создать это поистине единственное в своем роде, поистине веселое приключение мотоциклов, феминизма и веселья. Как «В дороге», но на этот раз у женщин есть мозги.

Нажмите здесь, чтобы купить.

8

«Сезоны полетов» Манджушри Тхапа

Према эмигрировала из Непала в Лос-Анджелес, но оба места не чувствуют себя как дома. «Сезоны полетов» — это история Према, который приспосабливается к жизни в новой стране, обретает любовь, а затем понимает, что любовь не так полезна, как научное изучение бабочек.Это увлекательная история о том, как найти себя через лепидоптерологию, для всех, кто когда-либо чувствовал себя брошенным на произвол судьбы.

Нажмите здесь, чтобы купить.

В поисках самых редких неизвестных книг Америки известных писателей ‹CrimeReads

Когда-нибудь, в постпандемическом будущем, когда простой акт просмотра полок вашего любимого магазина подержанных книг снова станет реальностью — наряду с множеством других мероприятий, так что многие из нас раньше считали само собой разумеющимся — вы можете оказаться в разделе стихов, скажем, просматривая букву J.

Дэвид Джонс находится рядом с Лероем Джонсом, а Эрика Джонг и Джеймс Джойс — дальше в ряду тонких томов. Любопытно (а в противном случае, какой смысл просматривать книжные полки?), Вы замечаете, что Джонсы намекают на брошюру. Не с таким эрудированным названием, как «Анафемата», или с поразительным, вроде «Предисловия к двадцатитомному предсмертному письму», а с невзрачным заголовком «Стихи». Это собрание из двух дюжин стихотворений и пяти переводов, написанное писателем, имя которого совершенно не знакомо, Эдит Ньюболд Джонс, и поэтому стоит очень скромно.Скорее всего, если вы вообще удосужились взглянуть на нее, то пожал плечами, положили ее обратно и продолжили свою охоту за более интересными книгами. Но, допустим, вместо этого вы, стоя там, прочитали несколько страниц, увидели в стихах мисс Джонс многообещающее и проявили достаточно любознательности, чтобы добавить это в свою сокровищницу и отнести домой.

На странице Википедии об Эдит Уортон, которой было всего шестнадцать, когда ее отец в 1878 году договорился о частном издании ее первой книги «Стихи», не упоминается тот факт, что этот небольшой том входит в число самых редких книг в американской литературе.В удачный день в аукционных залах вы могли бы реализовать достаточно, чтобы купить книжный магазин, где вы нашли свое сокровище, если бы вы были так склонны.

Стихов Эдит Ньюболд Джонс, также известной как Эдит Уортон, — всего лишь один из примеров ряда ценных книг, о которых многие из нас никогда не слышали, книг, с которыми могут справиться даже некоторые из самых опытных ветеранов среди библиофилов и книготорговцев, не зная, что это на самом деле . (Настоящая первая книга Эдриенн Рич, Ариадна, пьеса в трех действиях и стихах, опубликованная ее родителями в 1939 году, когда ей было всего десять лет, также невероятно редка, и ее легко не заметить в бумажных обертках, обернутых непрозрачным пергамином.) Что делает такие таинственные раритеты еще более интересными, так это то, что Интернет часто мало помогает, когда дело доходит до поиска этих скрытых черных жемчужин атенеума. Их легко покупать и продавать, даже если их временный владелец не имеет ни малейшего представления о том, что прошло через невольные руки.

Статья продолжается после рекламы

Так было, когда в поместье неизвестного торговца антиквариатом в Ист-Кингстоне, штат Нью-Гэмпшир, Х.Г. Уэббер Антиквариат соседнего Хэмптона. Учитывая низкое качество продукции, напечатанной в 1827 году неким Кельвином Ф. С. Томасом, который в других случаях производил аптекарские этикетки и аналогичные однодневки, и учитывая, что его авторство было идентифицировано только как «Бостонец», можно понять, почему 40-страничная книга была был отмечен всего за 15 долларов, когда он был куплен коллекционером из Массачусетса, который узнал, что это такое: чрезвычайно редкая первая книга Эдгара Аллана По.

После того, как Тамерлан был обнаружен, он продолжил свое легендарное путешествие с участием торговцев раритетами, аукционных домов и коллекционеров.Исследуя свой новый роман «Дочь фальсификатора», в котором неуловимый дебют По играет центральную роль, я был очарован людьми, через руки которых прошли двенадцать известных копий этой книги за почти двести лет с момента ее выхода — от от филантропов до воров, от наивных до ученых мужей, от старателей на чердаках до архивистов в хранилищах с регулируемой температурой. Она была изучена экспертами По, воспроизведена в прекрасных факсимильных изданиях, периодически выставленных в некоторых из наших самых известных музеев и библиотек, но основные загадки, окутывающие Тамерлана — самой редкой книги в американской литературе, — остаются нерешенными.Возможно, никогда не будет известно ни количество напечатанных копий, ни финансовые договоренности между нищим По и молодым Кельвином Томасом, ни почему, к огорчению По, амбициозные подростковые стихи никогда не привлекали внимания рецензентов. Для меня до сих пор вызывает удивление то, что По, начиная с таких малоизвестных начинаний, сумел написать всего за двадцать два года, которые последовали до его безвременной кончины, такие влиятельные шедевры, как «Убийства на улице Морг» ». Падение Дома Ашеров »и« Похищенное письмо »- их слишком много, чтобы перечислить здесь, — которые навсегда обеспечили ему место в пантеоне.

Помимо Уортона, Рича и По, есть и другие необычные первые книги крупных писателей, личности которых окутаны псевдонимным туманом. Возьмем, к примеру, «Поход и самолет», опубликованный в 1912 году Фредериком А. Стоуксом, Нью-Йорк, первый роман Тома Грэма, который в конечном итоге получил Нобелевскую премию по литературе. Поскольку никто с таким именем никогда не получал Нобелевскую премию, возникает вопрос: кто этот Том Грэм?

Помимо проблесков стиля прозы, который позже писатель развил в своеобразном собственном, единственный намек на истинное авторство этой книги — в посвящении.»Эдвину и Изабель Льюис», — говорится в нем, — «старейшим друзьям автора». И хотя за хороший экземпляр книги Синклера Льюиса «Поход и самолет» на аукционе придется заплатить более 10000 долларов, всегда есть небольшой, но правдоподобный шанс, что вы можете найти его скрупулезно, если ошибочно, где-то между Надин Гордимер и Грэмом Грином. по цене намного меньше, чем это.

Статья продолжается после рекламы

Для этого слайд-шоу требуется JavaScript.

Джеймс Велдон Джонсон был влиятельным борцом за гражданские права, юристом и педагогом, опередившим свое время.Первый афроамериканский исполнительный секретарь NAACP, первый темнокожий профессор Нью-Йоркского университета, Джонсон какое-то время служил консулом США в Венесуэле и Никарагуа, написал так называемый «негритянский национальный гимн» — «Lift Ev’ry Voice». and Sing »- со своим братом-музыкантом Розамондом и участвовал в Гарлемском Возрождении. Он также написал роман «Автобиография бывшего цветного человека», рассказ о двухрасовом человеке, путешествующем по Америке, раздираемой расизмом и дискриминацией, опубликованный в 1912 году издательством Sherman, French & Company of Boston.Поскольку он был обеспокоен тем, что «Экс-Цветной» может разрушить его дипломатическую карьеру, Джонсон опубликовал работу анонимно для менее восприимчивой аудитории. К счастью, поскольку Альфред А. Кнопф переиздал ее в 1927 году с указанием имени автора и введением Карла Ван Фехтена, с тех пор книгу было относительно легко найти. Однако это подлинное первое издание 1912 года в сером тканевом переплете встречается редко, и, что интересно, его состояние обычно хуже изнашивается — факт, который убедительно свидетельствует о том, что его перечитывали снова и снова, несмотря на неоднозначную тематику.

Том Конгалтон, владелец редких книг Between the Covers Rare Books в Нью-Джерси, рассказывает великолепную историю о друге книготорговца из Атланты, который, просматривая стопки другого местного торговца около 25 лет назад, наткнулся на книгу, изданную в Гейлсберге, штат Иллинойс, в США. 1904, с довольно пикантным для того времени названием In Reckless Ecstasy по цене 1 доллар. Дилер решил, что автор, Чарльз А. Сэндберг, может быть отцом Карла Сэндберга или другим родственником, и решил купить его как диковинку, которая может понравиться некоторым поклонникам Сэндберга.«Владелец не был в магазине, — вспоминает Том, — и поскольку взаимно согласованная скидка между дилерами составляла 20%, но продавцу было разрешено продлить скидку только 10%, он попросил, чтобы она была добавлена». держать полку. ‘Это был принцип вещи «. Когда месяц или два спустя он упомянул об этом в разговоре со специалистом по раритетам в Новой Англии, ему посоветовали вернуться и молиться, чтобы книга все еще была там, поскольку это оказалась чрезвычайно редкая первая книга Карла Сэндберга. Он сделал, он был там, как и владелец, и он купил его за 80 центов.«Безрассудный экстаз» прошел через руки еще двух книготорговцев — бумерангом перебравшись с Востока на Западное побережье и обратно, чтобы найти дом у Картера Бердена, одного из великих коллекционеров литературы двадцатого века. Сейчас он находится в библиотеке Моргана.

Я уверен, что у Моргана есть также копия «Мэгги, Девушка с улиц» Джонстона Смита. Напечатанный для автора в 1893 году и переплетенный в бумажную обертку, его тираж составил 1100 экземпляров, хотя, по всей видимости, только два были проданы через Брентано, а сейчас известно только около 35 копий первого романа Джонстона Смита, то есть романа Стивена Крейна. существующий.

Почему писатели хотели бы маскироваться под псевдонимами или публиковаться анонимно, когда их первые книги представляются публике, — это вопрос с множеством возможных ответов. По, вероятно, не хотел, чтобы его отец, который был расстроен из-за его игровых долгов, знал его местонахождение. Эдит Ньюболд Джонс выйдет замуж за Эдварда Уортона и возьмет его имя только через семь лет после появления стихов. И пройдет еще три дюжины, прежде чем она станет первой женщиной, получившей Пулитцеровскую премию за фильм «Эпоха невинности», к тому времени ее девичья фамилия — вместе с ее дебютом в тщеславной прессе — в значительной степени были забыты.У Джонсона росла репутация, которую нужно защищать.

Статья продолжается после рекламы

Не только первые книги известных писателей окутаны какой-то безвестностью. У второй книги может быть такая же судьба. А именно, роман Чарльза Нордена 1937 года «Весна паники» был фактически второй книгой Лоуренса Даррелла. После мрачных продаж первого путешествия Даррелла, Крысолова из влюбленных, его издатель Faber & Faber хотел, чтобы автор начал все сначала, и убедил его опубликовать это новое путешествие, действие которого разворачивается на воображаемом греческом острове Мавродафна, используя вымышленное имя. .Экземпляры американского издания в суперобложке, опубликованного Covici-Friede, немного; издание Faber в пиджаке найти практически невозможно, что, возможно, доказывает, что псевдонимы не всегда работают. (Кстати, если вы когда-нибудь наткнетесь на акварель Корфу, острова, на котором, по-видимому, основана Мавродафна, подписанная неким Оскаром Эпфом, не обманывайтесь — художник на самом деле Лоуренс Даррелл, который был опытным художником.)

Иногда девичьи фамилии и псевдонимы не имеют никакого скрытого значения.Достаточно опытный коллекционер книг может столкнуться с книгой Уиллы Кэтэр «Страх, который гуляет в полдень», опубликованной в 1931 году книжным магазином Phoenix Book Shop, и справедливо рассудить, что ее величайшие книги — Моя Антония, Дом профессора, Смерть приходит для архиепископа — были позади нее, и что это всего лишь еще один из множества ограниченных выпусков, которые она подписала за эти годы. Этот том, скромно переплетенный темно-оливково-зеленой тканью с бумажной этикеткой на корешке, не сравнится с роскошными роскошными изданиями, которые издавал друг и издатель Кэтэр Альфред Кнопф.Можно бесстрашно уйти от «Прогуливающегося страха», не задумываясь. Но сделать это означало бы уйти от самой редкой книги автора, из тридцати первоначально опубликованных экземпляров которой менее десяти остаются «неинституционализированными», если выражаться языком торговцев. И учреждения, то есть библиотеки, которым принадлежат эти двадцать с лишним экземпляров, вряд ли когда-нибудь выставят их на рынок.

Другие тома редки не потому, что имена их авторов были изменены или стерты, а потому, что их влияние было омрачено или забыто, а их книги утеряны.Сколько коллекционеров тайн, крутых криминальных романов и детективной фантастики — жанра, изобретенного «бостонцем», сочинившим Тамерлана, — владеют первой книгой Кэрролла Джона Дейли «Рык зверя», опубликованной в 1927 году Эдвардом Дж. Клодом. ? Хотя его поразительная передняя обложка, изображающая человека в силуэте, бегущего по мощеной улице, может побудить вас снять его с полки книжного магазина, если вам посчастливится взглянуть на копию, скорее всего, вы вернете ее обратно, вместо этого ища Хэммета. и Чендлер, Хайсмит и Мосли.Когда-то популярный писатель, Дейли, как полагают, изобрел сам голос крутой фантастики, создав частный сыщик по имени Рэйс Уильямс, опередивший Сэма Спейда на несколько лет. Однако, если случайно вы решили купить свою находку — одну из немногих сохранившихся копий Снарла в первой государственной куртке по цене 2 доллара и с рекламой книги Ричарда Х. Уоткина «Половина подсказки» на задней крышке — вы можете найти ее. стоимостью в десятки тысяч долларов.

Примеров таких раритетов предостаточно.Даже самые редкие книги в конечном итоге появляются, как виды, которые когда-то считались вымершими, время от времени наблюдаются. Так получилось, что копии «Тамерлана» По, известного как «Черный тюльпан» или Святой Грааль американских писем, кажется, появляются раз в поколение или около того. Кажется невероятным, что нет подлинного тринадцатого экземпляра, затерянного в стопке каталогов семян или перевязанного выцветшей лентой в пакете непрочитанных семейных документов начала прошлого века или застрявшего в задней части другого более крупного старого книга.Учитывая, что последний такой экземпляр был обнаружен в 1988 году, я думаю, можно с уверенностью сказать, что мы должны это сделать. Кто знает, но кто-нибудь, просматривая старые коробки с книгами, укрываясь дома, может найти копию, купленную много лет назад родителями прапрапрадедушки.

Статья продолжается после рекламы

Одна из моих личных привычек как ловца книг (перефразируя старый девиз книжного магазина Gotham Book Mart: «Мудрецы ловят рыбу здесь») — это искать в книжных магазинах не только авторов и названия, которых я знаю, но и внимательно следить за писателями, которого я ничего не знаю.Призрачные книжные магазины, новые, бывшие в употреблении или редкие, лично или даже в Интернете, могут дать любознательным образование, которое невозможно получить в другом месте. И когда мы сможем уйти — в масках, если этого требует Covid-19 и условия будут безопасными; разоблаченные, если пандемия прошла — в букинистические магазины, во дворы, церкви и библиотеки, на книжные ярмарки и даже в темные уголки антикварных магазинов, где есть пара полок с выставочными книгами в книжном шкафу адвоката, это будет памятный день. Тот, в котором обнаружение утраченных и неуловимых произведений будет если не вероятностью, то, по крайней мере, никогда, по крайней мере, невообразимой.

—Примечание автора: я хотел бы поблагодарить Кевина Джонсона (Royal Books), Лорна Бэра (Lorne Bair Rare Books), Хизер О’Доннелл (продавцы меда и воска), Джима Камминса (James Cummins Rare Books) и особенно Тома Конгалтона ( Between the Covers Rare Books) за отличные советы и анекдоты, которые могут вдохновить только годы, проведенные в стопках. —BM

*

Десять великих писателей, которых никто не читает ‹Literary Hub

Никто не будет читать вашу книгу.

Это не оскорбление.Это статистический факт.

В качестве примера, удручающего на многих уровнях, возьмем книгу Билла О’Рейли и Мартина Дугарда «Убить Паттона», которая, по словам Нильсена, была единственной книгой для взрослых (на английском языке), проданной тиражом более одного миллиона экземпляров в прошлом году. Если смотреть по всему миру, продажа 1,19 миллиона экземпляров книги — хотя маркетинговый подвиг, достойный нашего внимания, если не восхищения, — довольно незначительный. Менее 0,017 процента населения мира купили «Убить Паттона» (и меньше, я уверен, завершили его).

Эта отрезвляющая статистика не предназначена для того, чтобы обескуражить писателей, но чтобы указать на очевидное: никто не читает. Но кого на самом деле никто не читает? Помня об этом вопросе, Уилл Скофилд, человек, стоящий за сокровищницей в 50 Вт, создал «Writers No One Reads», неожиданно популярный тамблер, «освещающий забытые, заброшенные, заброшенные, покинутые, непризнанные, непризнанные, омраченные, из- мода, недостаточно переведенные писатели ». Вскоре после этого мы с Йожефом Сабо присоединились к Уиллу в качестве редакторов сайта и с тех пор составили список непрочитанных писателей, извлеченных из наших личных библиотек и веб-сайтов (таких как великая страница «Заброшенные книги»), а также предложения от попутчиков.

С тех пор я встречал сотни писателей, забытых историей или вообще игнорируемых. Некоторые, несомненно, заслуживают своей участи; другие, чрезвычайно талантливые писатели, чуть не разбивают вам сердце. Я еще не подошел к пониманию превратностей литературной судьбы (как только я это сделаю, я открою собственное издательство), но, изучая этих писателей, я придумал набор категорий, в которые попадают многие. Я привел десять ниже с оговоркой, подтверждающей, что любой подобный список является делом личного вкуса и обязательно является исключением.Это может показаться снобом; это наверное так. Но дух писателей, которых никто не читает, никогда не был модным — мы три, по общему признанию, плохо приспособленные книжные типы, которые любят копаться в пыльных уголках литературного прошлого и делиться тем, что мы нашли.

Наконец, в надежде, что еще не поздно спасти некоторых авторов из этого списка от полного забвения, все, кроме одного случая, все книги, представленные в этом списке, в настоящее время издаются.

Марсель Швоб (1867–1905)

Категория: Писатель, чье влияние намного превышает его читательскую аудиторию

Категория: Писатель, умерший слишком молодым

Марсель Швоб может быть самым влиятельным писателем, о котором вы никогда не слышали.Преступно игнорируемый англоязычным миром, Швоб — своего рода француз Роберт Луи Стивенсон — тем не менее оказал влияние на множество своих более известных преемников, включая Альфреда Джарри, Борхеса, Пола Валери, Роберто Боланьо и других. Он воплощение писателя, которого никто не думает, что они читают, но который, благодаря своему глубокому влиянию, продолжает жить в творчестве других.

Мэри Баттс (1890-1937)

Категория: Писательница, чья склонность к скандалам заслоняет ее литературные достоинства

Мэри Баттс, прозванная «богиней бури», не всегда была писательницей, которую никто не читает.Она была опубликована в легендарном Little Review, журнале, сериализующем «Улисс» Джойса, и считалась одними из ее современных поклонников Эзра Паунд и Марианна Мур. Ее решимость «изображать худшие вещи» (по оценке Пола Уэста) возмутила многих, в том числе чопорную Вирджинию Вульф. Ее работы вышли из моды после ее ранней смерти, хотя McPherson & Co. продолжает печатать ее.

Маргарита Янг (1908–1995)

Категория: Писательница, которая так долго пишет роман, что о ней все забывают

Смерть Маргариты Янг в 1995 году стала одним из самых интересных некрологов (опубликованных в New York Times), которые я когда-либо читал.Вот абзац из него:

[Она] была женщиной со стрижкой паж, которая выглядела как У.Х. Оден, писала, как Джеймс Джойс, шла по деревне в своих фирменных серапах, завтракала в Бигелоу с Ричардом Райтом, напивалась в таверне White Horse с Диланом Томасом болтала с Трумэном Капоте и Карсоном Маккаллером, хранила огромную коллекцию кукол в своей квартире на Бликер-стрит и потчевала близких рассказами о своих романтических победах.

В разгар этой богатой личной жизни она провела 20 лет, написав обширный, 1200-страничный роман «Мисс Макинтош, моя дорогая», который послужил лекарством от писательского тупика для персонажа романа Энн Тайлер «Случайный турист».

Жоау Гимарайнш Роса (1908-1967)

Категория: Писатель, чьи работы практически невозможно перевести

Grande Sertão: Veredas (переводится как «Дьявол, который платит в глуши») многими считается бразильским эквивалентом «Улисса» и включен в список 100 лучших книг всех времен по мнению 100 международных авторов. Несмотря на широкое признание, книга оставалась в тени после того, как английский перевод, опубликованный Кнопфом в начале 1960-х годов, перестал печататься.Частично это может быть связано с несовершенным переводом этого издания и стилистически сложным оригиналом, который работает в нескольких регистрах, чтобы отразить бурный период бразильской истории.

Жюльен Грак (1910-2007)

Категория: Писатель, предпочитающий безвестность

Грак, псевдоним Луи Пуарье, был назван «последним из универсальных писателей». Учитель географии по профессии, но писатель с большой буквы, отказавшийся от наград, включая престижную Приз Гонкура в 1951 году за Le Rivage des Syrtes (Противоположный берег), — Грак никогда не ездил в рекламные туры и редко давал интервью.Андре Бретон восхищался его дебютным романом «Замок д’Арголь», и его работы позже были опубликованы в знаменитых изданиях Pléiade, но его часто не узнавали в штате Мэн-и-Луара, где он провел оставшиеся годы.

Кроме того, обложка оригинального перевода New Directions (на фото), несомненно, является одним из величайших книжных дизайнов всех времен.

Джейн Боулз (1917-1973)

Категория: Писатель, который, возможно, был слишком странным, чтобы привлечь читателей

Категория: Вечно заново открываемый и потерянный писатель

Джейн Боулз, единственный роман которой «Две серьезные дамы» (1943) в настоящее время печатается в Ecco Books, писательнице, похоже, суждено оседлать синусоиду удачи.Боулз беспокоило психическое заболевание, и ее брак с Полом Боулзом был, мягко говоря, нетрадиционным, он был включен в список «незаслуженно забытых» писателей журнала American Scholar еще в 1970 году и, вероятно, будет снова через 40 лет.

Аугусто Монтеррозо (1921-2003)

Категория: Обреченный писатель, которому не посчастливилось быть Борхесом

Гватемальский писатель Аугусто Монтеррозо — автор одного из самых коротких рассказов в мире, который представлен вам здесь полностью [спойлер!]: «Когда он проснулся, динозавр все еще был там.«Хотя практически неизвестный в англоязычном мире, Монтеррозо считается ровесником тяжеловесов поколения Boom, включая Хулио Кортасара и Карлоса Фуэнтеса. Помимо одного романа «Все остальное — тишина», его произведения полностью состояли из фантастических и ироничных рассказов, что, возможно, не позволило ему достичь того статуса, которого он заслуживает.

Тонкс с розмарином (1928-2014)

Категория: Писатель, который отказывается от своего искусства и исчезает

Похоже, Розмари Тонкс предпочла, чтобы ее работы никто не читал.После публикации двух сборников стихов и шести романов в 1960-х годах Тонкс ушла с британской литературной сцены, где она была известной фигурой, и полностью прекратила публикацию, чтобы провести оставшиеся годы в поисках духовного утешения и постепенно отгородившись от друзей и друзей. семья. По словам Нила Эстли, издателя Bloodaxe Books, который недавно собрал все стихотворения Тонкс под названием «Лондонские бедуины», отрицание Тонкс книг было вызвано кризисом, который заставил ее осудить все книги, кроме Библии.

Фрэн Росс (1935-1985)

Категория: Писатель до своего времени

Писатель Мэт Джонсон считает, что единственный роман Фрэн Росс, невероятно смешное «Орео», не был замечен при его первоначальной публикации в 1974 году, потому что он не вписывался в повествование о движении «Власть черных». С тех пор она тоже не очень хорошо себя зарекомендовала, хотя, возможно, ее последнее воплощение в мягкой обложке, опубликованной New Directions в июле, привлечет внимание читателей к этой книге, которой преступно пренебрегают.

Дрисс бен Хамед Чархади (1937-1986)

Категория: Неграмотный писатель смирился с непрочитанным

Чархади (псевдоним Ларби Лаячи) — второй писатель в этом списке, связанный с Полом Боулзом. Он был неграмотным пастухом и мелким торговцем наркотиками в Танжере, чей рассказ «Жизнь, полная дыр» был записан, расшифрован и переведен Боулзом. Это была первая книга, выпущенная на Магриби, арабском диалекте Северной Африки, в которой история жизни Чархади рассказывается в фаталистической и несентиментальной манере.

3 лучших «неизвестных» книг по письму (и почему писать книги — это хорошо) | Эллисон Кляйн

Я писал большую часть своей жизни, меня публиковали, и у меня была доля разочарований. Но независимо от того, где я был в своей карьере, я всегда читал книги по письму. И за мои (примерно) 30 лет писательской деятельности (Иисусе, я стар) я все еще читаю, пишу книги.

Итак, искусство письма и механика письма — две разные вещи.Я не собираюсь углубляться в механику — грамматику и все связанные с ней причастия. Этому можно научиться. И многие из них — от этих замечательных ребят Struck and White, Уильяма Зинссера и Линн Трасс. Нет, я хочу поговорить о чувствах. Грамматика вызывает чувства только у таких писателей-ботаников, как я (слышали когда-нибудь о оксфордской запятой? Нет? Вам повезло).

Так же, как если бы вы играли музыку или что-нибудь еще, читая и попрактиковавшись, вы почувствуете грамматику. И в конце концов вы переходите к месту «Я знаю правила, поэтому могу их нарушить».Однако дело в том, что механику можно изучить и исправить в более поздних черновиках. Фактически, автор первой книги в этом списке не может поверить, что кто-то может подумать, что письму нельзя научить.

Нет, все это не имеет отношения к написанию глагола — действия человека, сидящего и рассказывающего историю. Я тяготею к книгам, которые посвящены самой сложной части — опыту письма. Жизнь писателя. Как сесть и сделать. Как справиться с когнитивным диссонансом, который постоянно присутствует в жизни писателя.

Единственное, что объединяет всех писателей — это то, что мы все думаем, что мы — отстой. И все мы так делаем. И это здорово. Я обещаю. Некоторые думают, что они отстой, когда пишут, другие думают, что они отстой, читая то, что они написали. И даже другие думают, что они отстой, когда им вообще нечего писать. (Об этом я расскажу позже — превью: всегда есть о чем написать). Некоторые из нас думают, что мы все время отстой, и все равно пишем. Это почему? Потому что именно через сосание вы приземляетесь на то, что отстойно меньше, потом все меньше и меньше и так далее.

Дело в том, что письмо, как и большинство видов искусства, сложнее, чем кажется на первый взгляд. Возможно, вы слышали цитату Хоторна: «Легко читать — чертовски сложно писать». Это правда, если вы думаете, что когда-нибудь напишете что-то, что не потребуется редактировать, вы живете в волшебной стране фей и единорогов (и где вы, вероятно, думаете, что написание книг — это хорошо оплачиваемое занятие). Потому что цитата Хемингуэя о том, что «единственный вид письма — это переписывание», верна на 100 процентов. Я слышал только об одном или двух писателях (на протяжении всей истории), которые, по сути, написали идеальные первые черновики.Одной из них была Эмили Диккенсон, и как бы хороши мы ни были, поверьте мне, никто из нас не Эмили Диккенсон.

И это хорошо, потому что исправление письма будет большей частью вашей работы. Привыкай к этому. И слава богу за это. Вы можете потерпеть неудачу и сделать это лучше и потерпеть неудачу хуже, и переписать, и настроить, и исправить. Это большая часть письма. И нам в этом повезло. Роберт Кормье писал: «Прекрасная часть письма состоит в том, что вам не нужно делать все правильно с первого раза, в отличие, скажем, от нейрохирурга.

Это похоже на художников: вы закладываете основу из карандашных отметок, затем из цветов фона, а затем вам нужно подойти поближе и поработать над деталями. Письмо ничем не отличается. Лучшее, что вы можете сделать, это извергнуть кучу дерьма на бумагу, которую вы пишете, почти не думая, просто следя за тем, чтобы ваши руки продолжали двигаться по клавиатуре. Затем, когда у вас есть что-то (что-то), вам есть над чем работать. И поверьте мне, если вы смотрите на то, что, по вашему мнению, не нуждается в редактировании, посмотрите еще раз.Если вы ничего не можете найти, вы можете задать несколько замечательных вопросов редактора, чтобы найти способы улучшить свои первые усилия. (Я перечислю великие книги по редактированию в более позднем посте.)

* В стороне: я не собираюсь упоминать «О писательстве» Стивена Кинга или «Птица за птицей» Энн Ламотт. Или история Макки. Или все удивительные книги, которые вы все время справедливо видите в «лучших» списках. Но, поскольку я прочитал так много, я хотел предложить некоторые предложения для тех, о которых вы, возможно, не слышали, но на которые стоит взглянуть.

Говоря о работе

Одной из книг, которая действительно заставила меня задуматься о писательском опыте, была книга Элизабет Джордж «Напиши: подход одного писателя к художественной литературе и писательской жизни».

Написание книг освещает универсальный опыт создания чего-то, чего раньше не существовало, даже если это всего лишь предложение или стихотворная строфа. Писатели знают, насколько тяжело писать, и поэтому они были достаточно любезны, чтобы написать то, что они узнали, чтобы напомнить нам, что все мы чувствуем одни и те же вещи.

Если вы не знаете, кто такая Элизабет Джордж, я не знаю, что сказать. Она пишет самые настоящие британские книги, которые вы когда-либо читали. И она из долбаного Огайо! Да, еще она написала их около 20. И создан по мотивам любимого детектива современной литературы. В «Write Away» Джордж включила выдержки из дневника, который она вела, когда писала один из своих романов. Давайте еще раз рассмотрим это. Дневник для записи впечатлений от незавершенной работы. Раньше я делал множество заметок в статьях, но не в журнале, который напрямую говорил бы о незавершенной работе.Чувства, возникающие при написании книги. Для меня это был определенный сдвиг в перспективе. Я привык разговаривать со своими работами (в журнале), спрашивая, что им нужно, обращаясь к их недостаткам, сохраняя частички мыслей о писательском опыте. Я все еще возвращаюсь к этой книге, часто в начале нового проекта, и сижу с книгой Элизабет и собственным журналом. Попытайся. Ничего не терять. Если вы писатель, то, вероятно, у вас много журналов.

Просто один из лучших

Еще одна вещь, которой я всегда занимаюсь как писатель, — это исследования.Несколько лет назад я проводил небольшое исследование и обнаружил, что углубился в какую-то ветку Reddit или писательский сайт. Там я нашел рекомендацию Стивена Коха для «Мастерской писателя современной библиотеки». Хотел бы я вспомнить, где я читал об этом, потому что я хотел бы поблагодарить этого писателя. Это одна из моих самых любимых писательских книг.

У меня так много пометок, ссылок и звездочек на всех страницах этой книги. Вот что написал в обзоре на книгу «Friend the Girl» участник Goodreads:

Самая вдохновляющая книга на свете! Здесь огромное количество полезной информации, и я бы выделил отрывки в своем экземпляре, за исключением того, что вся книга была бы желтой.Я на самом деле собираюсь выделить цветовой код, чтобы ничего не пропустить. Смею вас прочитать эту книгу и не испытывать непреодолимого желания писать, даже если вы не считаете себя писателем.

Даже не верьте мне на слово. Посмотрите обзоры на Goodreads:

Я даже не хочу вам рассказывать больше. Просто возьми это.

Как читать

Если вы что-нибудь знаете о Стивене Кинге (а должны), он всегда говорил, что писатели должны быть читателями. Я имею в виду, это данность, верно? А как же читать — на что обращать внимание при чтении.За такой подход мне нравится книга Франсин Проза «Читать как писатель: руководство для людей, которые любят книги, и для тех, кто хочет их писать». Эта книга помогла мне узнать, что искать, как анализировать структуру и характер — как читать, как писатель. И это умение, без которого я не смог бы обойтись. Ни один писатель не мог. В течение многих лет я читал книги, и одни мне нравились, а другие нет, но никогда не понимал, почему. После прочтения этой книги я словно включил мозговой инструмент без моего ведома, и я смог увидеть истории с более широкой точки зрения, а не только как читатель.Благодаря Франсин Проз, у меня теперь есть план, как замечать вещи, когда я их читаю.

С помощью этой книги она научила меня, что искать и как смотреть на художественную литературу. И теперь я автоматически читаю как писатель — я вижу гения в том, что раньше казалось таким простым. Теперь я читаю как писатель, и это сделало чтение еще более интересным. Само собой разумеется, что это улучшит ваше письмо.

Ознакомьтесь с этими книгами и дайте мне знать, есть ли те, которые действительно говорили с вами.Хотелось бы услышать об этом в комментариях!

Для статей по теме «Женщины и телевидение» посетите:

И подпишитесь на меня в моей любимой форме коммюнике, Twitter.

10 главных писателей, которые скрывали свою личность, от Джонатана Свифта до Дж. Роулинг

Личность Елены Ферранте, неуловимого автора (и предмета серии эссе в текущем выпуске T), которую никогда не фотографировали, не брали интервью или не видели на публике, является предметом интенсивных споров благодаря ей. острые, автобиографические романы, исследующие женскую дружбу в контексте итальянского общества.Накануне публикации третьего тома неаполитанской серии «Те, кто уходит и тех, кто остается», мы предлагаем краткую историю литературных масок от Джонатана Свифта до Дж. Роулинг.

Джонатан Свифт
Благодаря тактике плаща и кинжала Свифта, даже его издатель не знал истинную личность автора «Путешествий Гулливера». Писатель послал посредника передать рукопись под покровом ночи вместе с письмом якобы от двоюродного брата Гулливера.

Бенджамин Франклин
Отец-основатель использовал несколько псевдонимов для публикации самоуверенных газетных статей: «Silence Dogood», чтобы критиковать лицемерие и хулиганские юбки; «Полли Бейкер», выступающая за права женщин; «Энтони Афтервит» подробно описывает невзгоды брака. Самое известное альтер-эго Франклина, Ричард Сондерс, на протяжении 25 лет является автором популярного «Альманаха бедного Ричарда».

Сэр Вальтер Скотт
По прозвищу «Великий неизвестный» Скотт тайно опубликовал свои чрезвычайно успешные романы «Уэверли» и тем самым помог сформировать жанр исторической фантастики.Он сохранял анонимность в течение многих лет, сохраняя свою работу в секрете даже от собственных детей, пока финансовое давление не заставило его признаться.

Сестры Бронте
Шарлотта, Эмили и Анна написали свои шедевры викторианской литературы под псевдонимами Каррер, Эллис и Актон Белл. Они выбрали эти андрогинные прозвища из-за «смутного впечатления, будто к писателям склонны относиться с предубеждением» — впечатление, которое разделяли по крайней мере две другие великие «писательницы» того времени, Джордж Элиот и Жорж Санд.

Шолом-Алейхем
В начале своей карьеры плодовитый писатель, чьи работы вдохновили «Скрипач на крыше», не хотел, чтобы его родственники знали, что он публикует материалы на идише, а не на иврите. Писатель, урожденный Соломон Наумович Рабинович, взял псевдоним «Шолом-Алейхем», приветствие на иврите, что означает «мир вам», и написал под этим псевдонимом десятки книг.

Луиза Мэй Олкотт
В дополнение к ее знаменитым рассказам о стойких сестрах и милых сиротах Олкотт написал менее известные романы с такими названиями, как «Призрак аббата или искушение Мориса Трехерна» и «За маской или силой женщины.Эти рассказы о любви и напряжении она опубликовала под псевдонимом A.M. Барнард — ее собственная маска.

Джеймс Велдон Джонсон
В новаторской «Автобиографии бывшего цветного человека» Джонсона (1912) молодой человек смешанной расы решает сойти за белого. Как и надеялся его автор, анонимно опубликованный роман «считался» мемуарами, пока Джонсон не признал его вымыслом в 1927 году. «Автобиография» продолжала влиять на поколения афроамериканских писателей.

Фернандо Песоа
Томас Кросс, литературный критик.Альваро де Кампос, морской инженер. Мария Хосе, чахоточный горбун. Это всего лишь три из множества персонажей, придуманных португальским поэтом Фернандо Песоа. Каждый так называемый «гетероним» обладал уникальной психологией, биографией и стилями письма, и Пессоа много публиковал под их именами, а также под своим собственным.

Доминик Оури
Оури написал «Историю О» (1954), садомазохистский роман, изобилующий кнутами, наручниками и цепями, под псевдонимом Полин Реаж. Опытная писательница хранила свой скандальный подвиг в секрете до 1994 года, когда она назвала себя таинственным автором — и столь же загадочно упомянула, что «Доминик Ори» тоже не ее настоящее имя.